Письмо к учёному соседу (Чехов)

Материал из Народный Брифли
Перейти к:навигация, поиск
В этом пересказе нет блочных цитат. Вы можете помочь проекту, если расставите блочные цитаты. См. руководство по цитированию.


Письмо к учёному соседу
Краткое содержание рассказа. 1880.

Произведение представляет собой путаное и маразматически бессвязное письмо некоего, как он сам себя называет, «старикашки и нелепой души человеческой» Василия Семи-Булатова из села Блины-Съедены к своему «дорогому соседушке», учёному петербуржцу, который по приезде из Санкт-Петербурга «изволил поселиться» неподалёку в той же местности.

Своё послание Семи-Булатов начинает с подобострастной просьбы извинить его за дерзость беспокоить образованного петербуржца посредством этого «жалкого письменного лепета» и «старческих гиероглифоф», однако далее по ходу изложения мыслей «осмеливается», то и дело ссылаясь на неведомого «о. Герасима», чьими словами он укрепляет свои позиции, вступить в одностороннее прение со своим адресатом, начиная с эмоциональной и сумбурной попытки опровержения того, что «человек произошёл от обезьянских племён мартышек орангуташек и т. п.», как «изволил сочинить» учёный сосед, и заканчивая негодованием по поводу предполагаемого утверждения петербуржца, что «на самом величайшем светиле, на солнце, есть чёрные пятнушки».

«Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда», — резонёрствует Семи-Булатов, присовокупляя, что «не может умолчать и не терпит, когда ученые неправильно мыслят в уме своем», при всём этом умудряясь извиняться за свои «дикообразные и какие-то аляповатые идеи» и от строки к строке продолжая именовать себя «дурманом ядовитым», «невеждой», «грошовым умом», «негодником», «стрекозой жалкой» и «насекомым еле видимым».

В итоге, после перечисления своих полубредовых «открытий» типа «зимою… ночь от возжения светильников и фонарей расширяется», «кофей для полнокровных людей вреден» или «собаки весной траву кушают подобно овцам», Семи-Булатов молит «дорогого соседушку» приехать к нему и «открыть что-нибудь вместе», а также «поговорить насщот» того, что «львиная морда совсем не похожа на человеческий лик». Под конец письма «негодник» ещё раз просит прощения за доставленное петербуржцу беспокойство и подписывается: «остаюсь уважающий Вас Войска Донского отставной урядник из дворян, ваш сосед Василий Семи-Булатов».