Опыт доктора Окса (Верн)

Материал из Народного Брифли
Перейти к:навигация, поиск
Этот пересказ слишком подробный. Рекомендуемый объём — 10 тыс. знаков, включая пробелы. Вы можете помочь, убрав из текста незначительные детали.
Опыт доктора Окса
Une fantaisie du Docteur Ox · 1872
Краткое содержание повести
Микропересказ: Сатирическая история о жестоком эксперименте над жителями целого города.

Глава 1[ред.]

Городок Кикандон находится во Фландрии, рядом с Брюгге, ему около тысячи лет. Его нет на картах, количество его жителей чуть более 2 тысяч. Из достопримечательностей имеется старый замок, ратуша, башенные часы с боем. В городке изготавливают сбитые сливки и леденцы, известные в стране. Архитектура средневековая с узкими улочками и островерхими готическими зданиями. Последняя война была несколько столетий назад, житейских проблем здесь нет.

«О жителях западной Фландрии положительно не скажешь ничего дурного. Это люди добропорядочные, рассудительные, бережливые,.. хотя и несколько отсталых взглядов… …в Кикандоне не существует ни торговли, ни промышленности, и… городок прекрасно обходится и без них… Круг их (жителей) интересов весьма ограничен, и они ведут тихое и мирное существование,.. отличаются спокойствием, умеренностью,.. флегматичностью…».

В этом-то городке и разыгрались невероятные и чудесные события.

Главы 2-3[ред.]

В доме бургомистра было всегда тихо, "как… в приюте для глухонемых. ...здесь не ходили, а скользили, не говорили, а шептались… ...царила тишина, как в безлюдной пустыне…».

Бургомистр Ван-Трикасс и его помощник Никлосс решали насущные городские вопросы. По примеру своих предшественников из семейства Ван-Трикассов, бургомистр, крайне консервативный и медлительный, избегал любых определенных решений и считал это верхом благоразумия.

«…бургомистр Ван-Трикасс — олицетворение флегмы. Ни разу в жизни гнев и другие страсти не заставляли бурно биться его сердце… ...достойный бургомистр, апатичный, невозмутимый, равнодушный… был вполне подходящим человеком для управления городом Кикандоном и его невозмутимыми обитателями. Действительно, город был не менее спокоен, чем дом Ван-Трикасса».

Герои обсудили все городские проблемы, не решив ни одной, чтобы не торопиться. При обсуждении освещения городских улиц они порадовались, что приезжий доктор Окс сам его проведет и оплатит. Вскоре город будет освещен неведомым оксигидрическим газом.

Комиссар полиции Пассоф сообщил градоначальнику, что в доме доктора Окса поссорились 2 почтенных горожанина, и это явилось вызовом для тихого городка, где такого никогда не происходило.

Глава 4[ред.]

Доктор Окс — химик, физик, физиолог — прибыл в город 5 месяцев назад в сопровождении своего ассистента Гидеона Игена. Он был полной противоположностью местным жителям, в нем чувствовались жизненные силы, энергия, амбиции. Он много и громко говорил, поэтому произвёл приятное впечатление на кикандонцев. Городская администрация одобрила его проект городского освещения за его же счет, он подготовил инфраструктуру для этого. «…город будет освещен не вульгарным светильным газом… но новейшим газом, который ярче в двадцать раз, — оксигидрическим газом, образующимся при смешении кислорода с водородом».

В разговоре доктора с ассистентом на газовом заводе выяснилось, что они задумывают грандиозный опыт на доверчивых жителях городка и что последствия его неизвестны. Ученые равнодушны к опасности для людей, так как они энтузиасты науки.

Глава 5[ред.]

Бургомистр с советником посетили завод доктора Окса, чтобы уточнить про вчерашний инцидент. Беседа началась, как водится, неторопливо, со всем почтением. Но внезапно градоначальник и советник разволновались, утратили привычную сдержанность. Они почти накричали на доктора, грубили и угрожали, а тот, между тем, лукаво на них поглядывал и отвечал иронично. Как только гости покинули завод, благоразумие вновь вернулось к ним, пульс нормализовался. Они заметили, что диалог прошел дипломатично, а доктор — приятный человек.

Глава 6[ред.]

«Не следует думать, что в этом необычайном городе молодые сердца вовсе не бились: нет, они бились, но достаточно медленно. Там женились и выходили замуж… но совершали это не торопясь. Будущие супруги… хотели изучить друг друга, и это изучение продолжалось не менее десяти лет… Редко-редко свадьба совершалась раньше этого срока…».

Дочь бургомистра и сын советника любили друг друга и изредка встречались на берегу реки. Свидания были вполне целомудренны и, разумеется, без всяких вольностей.

Глава 7[ред.]

Работы по проведению газа в дома шли полным ходом. Доктор и его ассистент были вездесущи. По собственной технологии доктор уже вырабатывал газ, что могло показаться странным, так как окончательный монтаж труб и оборудования ещё не был окончен. Все ожидали театрального представления, чтобы воочию увидеть новое модное освещение, так как в театр трубы все же провели.

Театр причудливой формы строился в Кикандоне 7 веков, поэтому в своей архитектуре объединил множество стилей. Точно так же неспешно здесь проходили представления, в основном оперы. «…по правде сказать, ни один композитор не узнал бы своего произведения, до того все темпы были изменены».

Один акт в среднем тянулся 3 часа, поэтому всю пьесу целиком исполняли примерно 3 вечера в течение 3 недель, так как представления шли 1 раз в неделю. Публика привыкла к такому медленному ритму и любила его, а артисты приспосабливались за хорошую плату.

В этот вечер давали «Гугенотов» Мейербера. Представление началось неспешно и торжественно, как обычно в Кикандоне, но вскоре зрители заметили, что музыканты играют как-то уж очень быстро, не всегда прислушиваясь к пению артистов. Вот уже и артисты ускорились, не всегда попадая в музыку. Дирижер сначала пытался плавными движениями навести порядок в музыке, но вскоре поддался всеобщему нервическому возбуждению и гнал оркестр в убыстренном темпе. Этим настроением заразилась и публика, постепенно впавшая в экстаз, повскакавшая с места, кричавшая, подпевавшая.

«Обезумевший оркестр не в состоянии продолжать. Дирижерская палочка разбита в щепки, с такой силой она ударялась о пюпитр. На скрипках порваны струны, скручены грифы. Войдя в раж, литаврщик разбил свои литавры... ...а злополучный трубач тщетно силится вытащить руку, которую глубоко запихнул в недра трубы!».

Спектакль окончился почти скандалом за рекордные 18 минут вместо прежних 6 часов. Выйдя из театра на свежий воздух, публика вскоре успокоилась и степенно разошлась по домам.

Глава 8[ред.]

Наутро все смутно вспоминали вчерашний балаган. В суматохе было потеряно множество вещей, чего ранее никогда не случалось, а бургомистр не нашел своего парика. Горожане стеснялись обсуждать скандальное представление, наутро казавшееся чуть ли не оргией. Ван-Трикасс напряженно обдумывал случившееся, от чего ему стало нехорошо, ведь он задумался впервые за много десятилетий. Он чувствовал, что в городе происходит нечто тревожное и необъяснимое, даже подозревал некую эпидемию.

Причем, если в быту горожане «…были по-прежнему молчаливы, инертны, это была не жизнь, а какое-то прозябание. …сердце бьется ровно, мозг пребывает в состоянии спячки, пульс остается таким же, как в доброе старое время…», то их общественная жизнь резко изменилась. Стоило кикандонцам собраться в муниципальных помещениях: ратуше, бирже, суде, церкви, библиотеке — как они тут же воспламенялись. Через час они придирались друг к другу, через два — спорили, позже — кричали и дрались. По возвращении домой возбуждение утихало и люди уже не помнили, по какому поводу ломали копья.

Кроме градоначальника, и комиссар полиции задумался над странным поветрием. Он так же с тревогой ожидал, к чему же приведет это странное возбуждение земляков, «если эта лихорадка охватит и частные дома, если эпидемия… вспыхнет на улицах города. Тогда конец невозмутимому покою, никто не будет прощать обид, и, охваченные нервным возбуждением, горожане все передерутся между собой». Опасения комиссара вскоре оправдались.

Состоялся бал у местного банкира Коллерта. «Известно, что представляют собой фламандские празднества, мирные и спокойные, с пивом и сиропами вместо вина. Беседы о погоде, о видах на урожай… время от времени танец, медленный и размеренный, как менуэт… в которых танцующие… держатся друг от друга на почтительном расстоянии, — вот каковы в Кикандоне балы».

Начавшись чинно и благопристойно, как всегда, бал быстро превратился в шумную вечеринку, совершенно невозможную здесь ранее. «…о! это был безумный вихрь, бешеный хоровод, которым, казалось, руководил сам Мефистофель, отбивая такт пылающей головней". Плавные танцы превратились в "адский галоп", бешеным ураганом пронесшийся по залам, салонам, от подвалов до чердаков обширного дома, увлекая людей.

Главы 9-10[ред.]

Доктор Окс и его ассистент договорились, что эксперимент вступает в решающую фазу и становится массовым.

Прошло два-три месяца. Эпидемия заметно усилилась, охватив дома и улицы городка. Кикандон стал неузнаваем. Казалось, теперь все законы природы были нарушены.

Изменились характер, темперамент, образ мыслей жителей Кикандона. Ни один возраст не был пощажен болезнью. Но удивительнее всего было, что зараза распространилась на мир домашних животных и растений. Деревья росли с удивительной быстротой: стоило бросить в землю семечко, как из него поднимался зеленый стебелек, который рос не по дням, а по часам. Но если все они буйно росли и радовали глаз, то так же быстро блекли и умирали, истощенные и обессиленные.

То же самое происходило и с домашними животными В обычное время они были не менее флегматичны, чем их хозяева. Но за эти месяцы звери изменились. Собаки и кошки начали показывать зубы и когти. Они бросались на людей - те жестоко их избивали. Бургомистру пришлось предписать строгий надзор за обезумевшими домашними животными, которые становились опасными.

Дети перестали слушаться родителей, те принялись их пороть. В коллеже стало беспокойно, учеников невозможно было удержать взаперти. Впрочем, и учителя находились в состоянии крайнего возбуждения, что отразилось на учебном процессе.

Обжорство поразило кикандонцев, их желудок стал будто бездонной бочкой. Появились желудочные заболевания.

Ван-Трикасса мучила неутолимая жажда, поэтому он все время находился под хмельком и чуть что приходил в гнев. На улицах стали встречаться пьяные, в том числе весьма почтенные лица.

У врача Кустоса значительно прибавилось работы: его постоянно вызывали к больным. Появились всевозможные неврозы — совершенно ранее неведомые болезни.

Ссоры и столкновения стали самым обыденным явлением на улицах Кикандона, которые теперь кишели народом, так как никто не мог усидеть дома. Пришлось увеличить количество полицейских, тюрьма была заполнена хулиганами.

Стали часто играться свадьбы, никто уже не ждал положенных 10 лет.

В довершение всего произошла дуэль между Францем Никлоссом и молодым Коллертом, сыном банкира. Поединок разыгрался из-за дочери бургомистра, в которую влюбился юный богач и не хотел уступать ее сопернику.

Глава 11[ред.]

Город утратил покой, а вместе с ним и бургомистр. Его указы не исполнялись, его самоуважение страдало.

Общественная жизнь страшно оживилась, появились новые газеты и политические партии. Увлеченные своим красноречием, журналисты и политики не ограничивались городскими делами и вполне могли накликать на родину войну. А повод к ней имелся в городе вот уже около тысячи лет.

Некогда корова из соседнего города Виргамена забрела на территорию Кикандона. Едва ли это животное успело «разочка три щипнуть травы зеленой, сочной», — но «…преступление было совершено и надлежащим образом засвидетельствовано в протоколе, ибо в ту эпоху чиновники уже научились писать».

Древние кикандонцы поклялись отомстить в свое время: «Рано или поздно виргаменцы получат по заслугам».

На фоне всеобщей истерии вопрос мести был поднят местным адвокатом. Разгоряченное общество его неистово поддержало. «На границу!» — вопили горожане, планируя собрать войско, преодолеть 3 км до Виргамена и, наконец, покрушить врага. Никого не смущало, что в городе не водилось ни оружия, ни генералов. Протестующего аптекаря избили, а воинственного кондитера избрали в генералы.

Главы 12-13[ред.]

Ассистент Иген интересовался у доктора Окса, не пора ли прекратить жестокий эксперимент, пока дело не дошло до большой беды. Но коварный доктор упорствовал и желал продолжить опыт в интересах науки, при этом требуя от ассистента сохранения тайны.

Бургомистр и его помощник в крайнем возбуждении, не слушая друг друга, ссорились из-за предполагаемой войны, хотя оба выступали за ее начало. Они поднялись на башню, чтобы осмотреть окрестные поля для расположения войск. Чем выше они оказывались над землей, тем быстрее угасали их злость и ярость. На смотровой площадке они перестали ссориться и не смогли вспомнить, зачем поднялись сюда. Не упоминая войны, они помирились, вспомнив, что они друзья. Но спустившись, снова поругались, а на нижних ступенях подрались, таская друг друга за парики. Вопрос начала войны был окончательно решен.

Глава 14[ред.]

Узнав об этом происшествии, доктор Окс не мог сдержать своей радости. Он не соглашался с протестами своего ассистента, боявшегося настоящей войны. Впрочем, они теперь тоже постоянно ссорились.

Бургомистр Ван-Трикасс считал, что нельзя нападать на врага без предупреждения. Поэтому он направил в Виргамен парламентера, который от имени горожан потребовал возмещения за ущерб, нанесенный Кикандону в 1135 году.

Виргаменские власти сперва не поняли, в чем дело, и парламентера, а потом и второго, вежливо выпроводили из города. Тогда бургомистр созвал городских нотаблей, чтобы написано письмо, красноречивое и внушительное, содержащее ультиматум: в двадцать четыре часа загладить нанесенную кикандонцам обиду.

Виргаменцы долго смеялись, изорвали письмо и совершенно не испугались угроз, зная, насколько медлительны соседи. Теперь кикандонцам оставалось только напасть на легкомысленных соседей, что и было решено общим собранием. «…зал сотрясался от яростных криков, упреков, проклятий. Можно было подумать, что… тут происходит сборище одержимых или буйнопомешанных».

Как только война была объявлена, под ружье встало все население городка, включая стариков, женщин и детей. Всякое орудие, тупое или острое, превратилось в оружие. На армию было 5 ружей и одна пушка 12 века, из которой не стреляли 500 лет.

Имелось холодное оружие, извлеченное из Музея древностей, — кремневые топоры, шлемы и пр. Отвага, сознание своей правоты, ненависть к иноземцам и жажда мщения охватила разношерстое войско в отсутствие современного арсенала.

Полководец-кондитер трижды падал с коня на глазах у всей армии. За войсками следовал арьегард из жен, матерей, детей под командованием мадам Ван-Трикасс. Глашатай оглушительно протрубил — армия с воинственными криками двинулась к воротам.

В этот самый момент какой-то человек бросился навстречу войску и кричал, чтоб оно остановилось. «… — Сумасшедшие! — кричал он. — Отмените поход! Дайте мне закрыть кран!.. Вы добрые, мирные граждане! Если вы пришли в такую ярость, то виноват в этом мой учитель, доктор Окс! Это только опыт! Он обманул вас: обещал осветить город оксигидрическим газом, а сам напустил…».

Ассистенту Игену не удалось договорить. Доктор Окс в неописуемом бешенстве набросился на того и кулаками заставил замолчать. Бургомистр и горожане не помня себя от ярости, накинулись на чужеземцев, не слушая ни того, ни другого. Их избили до потери сознания и собирались бросить в тюрьму.

Главы 15-17[ред.]

Вдруг раздался чудовищный взрыв. Казалось, весь воздух загорелся, а огромное пламя взметнулось под небеса. Кикандонские воины повалились наземь. Никто не погиб, отделавшись синяками и царапинами.

Как вскоре стало известно, взорвался газовый завод. Очевидно, в отсутствие директора и его помощника была допущена какая-то оплошность. Получилась взрывчатая смесь, которая воспламенилась. Это событие вскоре изменило все, но доктор Окса и ассистент Иген исчезли бесследно.

После взрыва в Кикандоне тотчас же водворились мир и тишина, горожане машинально разошлись по домам, и город вернулся к своему прежнему существованию. О войне никто не вспоминал. Люди, животные и растения зажили прежней жизнью.

И с тех пор в Кикандоне нельзя было услыхать ни единого выкрика и никто ни о чем не спорил. Франц женился на Сюзель Ван-Трикасс лет через 5 после эпидемии.

Что же проделал этот таинственный доктор Окс? Всего лишь фантастический опыт. «Проложив трубы, он наполнил чистейшим кислородом… сперва общественные здания, потом частные жилища и, наконец, выпустил его на улицы Кикандона. Этот газ, совершенно бесцветный, лишенный запаха, вдыхаемый в большом количестве, вызывает ряд серьезных нарушений в организме. Человек, живущий в атмосфере, перенасыщенной кислородом, приходит в крайнее возбуждение и быстро сгорает. Но вернувшись в обычную атмосферу, он снова приходит в норму».

Поэтому, когда советник и бургомистр поднялись на башню, где им не пришлось вдыхать кислород, который остался в нижних слоях атмосферы, они на мгновение пришли в себя.

Взрыв газового завода положил конец опасному опыту доктора Окса.

В заключение автор задается вопросом: «неужели же доблесть, мужество, талант, остроумие, воображение — все эти замечательные свойства человеческого духа обусловлены только кислородом?». Писатель не соглашается с этой теорией, даже вопреки жестокому эксперименту доктора Окса.