Очень краткое содержание[ред.]
Сибирь, каторга, вторая половина 19 века. Во время пасхальных праздников рассказчик вспомнил эпизод из своего детства.
Когда ему было девять лет, он гулял в лесу недалеко от своей деревни. Вдруг ему послышался крик "Волк бежит!". Испуганный мальчик выбежал на поляну, где пахал землю крепостной крестьянин Марей.
Марей успокоил ребёнка, погладил по щеке и перекрестил. Мальчик, всё ещё боясь, медленно пошёл домой, а Марей продолжал следить за ним, пока тот не скрылся из виду.
Этот случай глубоко запал в душу рассказчика. Спустя двадцать лет на каторге, среди ожесточённых преступников, воспоминание о доброте простого крестьянина помогло ему по-новому взглянуть на окружающих.
И вот, когда я сошёл с нар и огляделся кругом, помню, я вдруг почувствовал, что могу смотреть на этих несчастных совсем другим взглядом и что вдруг ... исчезла ... злоба в сердце моем.
Рассказчик осознал, что даже среди каторжников могут быть люди с добрым сердцем, подобные Марею. Это воспоминание помогло ему преодолеть ненависть и злобу, которые он испытывал к своим товарищам по несчастью.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Воспоминания на каторге[ред.]
Рассказчик вспоминал случай из своего детства, произошедший, когда ему было девять лет. Это воспоминание пришло к нему на второй день Пасхи, когда он отбывал каторгу. В тот праздничный день в остроге царила тяжёлая атмосфера: пьяные каторжники ругались и дрались, звучали безобразные песни. Рассказчик не мог вынести этого разгула и вышел за казармы.
Там он встретил поляка М-цкого, который с ненавистью отозвался о каторжниках. Рассказчик вернулся в казарму, где увидел избитого до полусмерти татарина Газина. Он лёг на нары, закрыл глаза и погрузился в воспоминания.
Я любил так лежать: к спящему не пристанут, а меж тем можно мечтать и думать. Но мне не мечталось; сердце билось неспокойно, а в ушах звучали слова М-цкого: «Je hais ces brigands!»
Детский страх и встреча с Мареем[ред.]
Рассказчик вспомнил августовский день в деревне, когда ему было девять лет. Он гулял за гумнами, собирая жуков и ящериц, и вдруг услышал крик "Волк бежит!". Испугавшись, мальчик выбежал на поляну, где пахал землю крестьянин Марей.
Марей успокоил испуганного ребёнка, сказав, что никакого волка нет. Он погладил мальчика по щеке и ласково заговорил с ним. Рассказчик вспомнил, как дрожали его губы, и как Марей нежно дотронулся до них своим грубым пальцем.
И ничего в жизни я так не любил, как лес с его грибами и дикими ягодами, с его букашками и птичками, ежиками и белками, с его столь любимым мною сырым запахом перетлевших листьев.
Мальчик успокоился и пошёл домой, а Марей ещё долго смотрел ему вслед, улыбаясь и кивая головой. Рассказчик отметил, что тогда он никому не рассказал об этом случае и вскоре забыл о нём.
Он протянул тихонько свой толстый с чёрным ногтем, запачканный в земле палец и тихонько дотронулся до вспрыгивавших моих губ.
Ишь ведь, ай, – улыбнулся он мне какою-то материнскою и длинною улыбкой, – господи, да что это, ишь ведь, ай, ай!
Переосмысление отношения к каторжникам[ред.]
Вспомнив этот случай на каторге, рассказчик вдруг осознал, с какой любовью и нежностью отнёсся к нему простой крепостной крестьянин. Он понял, что в сердце русского человека может быть много доброты и человечности, даже если он кажется грубым и необразованным.
Встреча была уединённая, в пустом поле, и только бог, может быть, видел сверху, каким глубоким и просвещённым человеческим чувством ... может быть наполнено сердце ... мужика
Это воспоминание изменило отношение рассказчика к каторжникам. Он вдруг почувствовал, что может смотреть на этих несчастных совсем другим взглядом. Ненависть и злоба в его сердце исчезли.
Этот обритый и шельмованный мужик, с клеймами на лице и хмельной, орущий свою пьяную сиплую песню, ведь это тоже, может быть, тот же самый Марей: ведь я же не могу заглянуть в его сердце.
Рассказчик снова встретил М-цкого и подумал, что поляки, возможно, вынесли больше страданий, чем русские, и потому не могут так же относиться к каторжникам. Это воспоминание и переосмысление отношения к людям стало для рассказчика важным моментом духовного роста и понимания русского народа.