Бобок (Достоевский)

Материал из Народного Брифли
Перейти к:навигация, поиск
В этом пересказе нет карточек персонажей. Вы можете помочь проекту, если оформите персонажей в карточки. См. руководство по карточкам персонажей.


Бобок
Записки одного лица
1873
Краткое содержание рассказа
из цикла «Дневник писателя»
Микропересказ: Отдыхая на кладбищенской скамейке после похорон родственника, литератор забылся и услышал голоса покойников. Разговор усопших он не дослушал и решил вернуться позже, а услышанное превратил в рассказ.

Редактор/автор цикла печатает, как он утверждает, чужой рассказ «Записки одного лица» — воспоминания часто пьющего литератора Ивана Иваныча об одном необычном дне.

Однажды Иван Иваныч начинает замечать за собой странности, на которые ему указывают и окружающие: у него портится писательский слог, меняется характер. К тому же, в последнее время ему видятся и слышатся непонятные вещи.

Со мной что-то странное происходит. И характер меняется, и голова болит. Я начинаю видеть и слышать какие-то странные вещи. Не то чтобы голоса, а так как будто кто подле: «Бобок, бобок, бобок!»

Эту проблему он пытается решить, предаваясь развлечениям, однако его планы нарушает необходимость посетить похороны дальнего родственника.

Во время похорон Иван Иваныч решает перекусить и выпить в ресторане. Литию он пропускает — после погребения покойного выпивший остаётся на кладбище, ложится на скамейку, забывается и через какое-то время слышит приглушённые голоса, на которые поначалу не обращает внимания. Однако разговоры продолжаются, Иван Иваныч понимает, что звуки исходят из могил, и начинает вслушиваться в тихие споры.

Вскоре спорящие приобретают имена и характеристики. Первым появляются генерал-майор Первоедов Василий Васильевич и надворный советник Лебезятников Семён Евсеевич, играющие в преферанс без карт. К ним присоединяются недавно похороненный лавочник и дама «как бы высшего света» Авдотья Игнатьевна.

Разворачивается какофония, прерывающаяся жалобами безымянного покойника, который, по словам его соседей, раз в три дня заявляет о своём желании жить. Остальные покойники, однако, быстро забывают о нём, переключив своё внимание на новоприбывших, в частности на молодого человека, заинтересовавшего Авдотью Игнатьевну.

Он рассказывает, как обратился к врачу Шульцу, который сказал ему об осложнении болезни. От этого осложнения он внезапно и умер. Понимая, что уже мёртв, он спрашивает у своих соседей, к какому врачу ему лучше обратиться теперь, к Эку или к Боткину, чем всех смешит. После этого разговор становится совсем беспорядочным, разом просыпаются многие умершие, из-за чего Иван Иваныч забывает часть услышанного. Он вкратце описывает, что запомнил, не забывая выражать некоторое пренебрежение к услышанному и к самим мертвецам. Снова фокусируется он на разговоре, только услышав тайного советника Тарасевича.

Лебезятников тут же пытается добиться расположения Тарасевича, познакомить его с Первоедовым. Последний же, видя, что Тарасевич явно в этом знакомстве не заинтересован, с достоинством прерывает Лебезятникова. Воспользовавшись моментом, в разговор вступает похороненный три дня назад барон Клиневич Пётр Петрович, оказавшийся давним знакомым Первоедова.

Клиневич рассказывает о своей жизни. Ему около 30 лет, он был помолвлен с 15-летней девушкой с большим приданым. Во время своего рассказа он раскрывает и грехи своих соседей. Оказывается, что Авдотья Игнатьевна развратила его, когда ему было 14 лет, а Тарасевич, которому уже больше 70 лет, известен своим большим интересом к женщинам. Кроме того, тайный советник умер, оставив «четыреста тысяч казённого недочёту», с которым теперь придётся разбираться живым.

Тарасевич пытается возражать Петру Петровичу, но узнаёт, что недалеко лежит Катишь Берестова, девушка 15 лет, по словам Иван Иваныча «мерзко и плотоядно хихикавшая». Тайный советник тут же отвлекается на неё, а Клиневич в это время спрашивает у Лебезятникова, как они могут разговаривать, если они уже мертвы. Лебезятников пытается объяснить ему всё так, как объяснил бы местный философ Платон Николаевич, который уже засыпает и больше не говорит (лишь бормочет несколько невнятных слов раз в неделю).

Он говорит, что в сознании есть остатки жизни, мёртвые продолжают функционировать по инерции. Это может длиться два месяца, может — полгода, постепенно сходя нет, как у одного мертвеца, который уже почти разложился, но иногда просыпается и говорит «бобок».

Есть, например, здесь один такой, который почти совсем разложился, но раз недель в шесть он всё ещё вдруг пробормочет одно словцо, конечно бессмысленное, про какой-то бобок: «Бобок, бобок», — но и в нем, значит, жизнь всё еще теплится незаметною искрой…

Клиневич спрашивает, как же он чувствует вонь, если обоняния у него нет. Лебезятников отвечает, что, по мнению философа, это нравственная вонь, а не запах разложения. Это смрад души, напоминающий покойникам об их пороках и о том, что нужно опомниться. По-видимому, философ предполагает, что кладбище — некое чистилище душ.

Клиневич решает, что это всё вздор, — им осталось существовать лишь два или три месяца, поэтому нужно перестать стыдиться, нужно «обнажиться», рассказывать свои истории, ничего не скрывая, веселиться. Его поддерживают все, кроме Тарасевича, у которого ещё остаётся достоинство. Однако его возгласы тонут в потоке восхищений, исходящих от других мертвецов.

Что произошло дальше, Иван Иванычу узнать не удаётся. Он неожиданно чихает, чем пугает покойников. Они замолкают, и Иван Иваныч уходит, пообещав ещё вернуться. Услышанное он решает превратить в рассказ и отнести его в журнал «Гражданин».

За основу пересказа взято издание рассказа из собрания сочинений Ф. М. Достоевского (Л.: Наука. Ленинградское отделение, 1994)