На железнодорожной станции в специальной запирающейся конторке лежит жалобная книга. Ключ от конторки должен храниться у станционного смотрителя, но на самом деле она всегда открыта, и любой проходящий через станцию может в ней писать.
В книге есть оскорбления, рисунки, признания в любви и жалобы на то, что к железнодорожной станции никакого касательства не имеет. Многие записи пестрят ошибками.
Вот кто-то намалевал в книге смешную рожицу и подписал: «Ты картина, я портрет, ты скотина, а я нет. Я – морда твоя».
Далее, некий Ярмонкин жалуется на ветер:
Подъезжая к сией станцыи и глядя на природу в окно, у меня слетела шляпа. Шаблон:/цитата
Конторщик Самолучшев жалуется на кондуктора, который нагрубил его тишайшей жене, и на жандарма, грубо взявшего конторщика за плечо.
Ученик гимназии Алексей Зудьев «возмущён до глубины души» и находится «под свежим впечатлением возмутительного поступка». Какого именно – зачёркнуто.
Неунывающий дачник «обозревал физиогномию начальника станции и остался ею весьма недоволен».
Следом кто-то предупреждает, что Тельцовский – шулер. Аноним радостно сообщает, что жандармиха изменяет мужу с буфетчиком. Затем следует жалоба дьякона Духова на станционный буфет, в котором нет постной пищи. Чуть ниже ему грубо отвечают: «Лопай, что дают».
Далее, некий разиня разыскивает свой кожаный портсигар. Телеграфист Козьмодемьянский негодует, что его выгоняют со службы за пьянство и объявляет всех мошенниками. За его жалобой следует надпись: «Добродетелью украшайтесь».
Следом идёт признание в любви некой Катиньке. После него «Иванов седьмой» просит не писать в жалобной книге посторонних вещей, на что ему отвечают: «Хоть ты и седьмой, а дурак».
Жалобная книга используется не по назначению, зато благодаря этому можно многое узнать о тех, кто заглянул в нее хоть раз. Каждая запись, как зеркало, отражает характер её автора.