Усомнившийся Макар (Платонов)

Материал из Народный Брифли
Версия от 10:40, 7 марта 2019; Юлия Песковая (обсуждение | вклад) (Новая страница: «{{Пересказ | Название = Усомнившийся Макар | Автор = Платонов, Андрей Платонович | Жанр = рас…»)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к:навигация, поиск
Усомнившийся Макар
Краткое содержание рассказа. 1929.
В двух словах: Получив большой штраф, мужик отправляется в Москву на заработки. Там он начинает сомневаться в пользе советского государства для людей, учит их жить без чиновников, после чего государство ликвидируют.

В одной деревне жили товарищ Лев Чумовой и «нормальный мужик» Макар Рябушкин.

Лев Чумовой — умнейший человек в селе, руководит народом, но делать ничего не умеет.
Макар Рябушкин — односельчанин Чумового, мужик с умелыми руками и пустой головой.

Товарищ Чумовой был умнейшим человеком в селе «и, благодаря уму, руководил движением народа вперёд, по прямой линии к общему благу», но при умной голове имел «пустые руки», которыми ничего не умел делать. У Макара, напротив, при умелых руках была «порожняя голова», не умевшая думать.

Больше всего Макар заботился не о хлебе, а о зрелищах. Однажды без разрешения Чумового он построил народную забаву — карусель, которая должна была вращаться силой ветра. Пока народ стоял вокруг карусели и ждал бури, у Чумового сбежал жеребёнок и заблудился в лугах, а люди, отвлечённые Макаром от дел, искать его не пошли.

Чумовой начал ругать Макара, и тот пообещал сделать для него самоход из обручей и верёвок Полез Макар в засохший колодец, накопал там железной руды, в печке выплавил из неё железо и сделал колёса, но сами они не покатились. Разозлился товарищ Чумовой и оштрафовал Макара так, что тому пришлось отправиться на заработки в Москву.

В поезде Макар ездил десять лет назад. Тогда денег за проезд с него не взяли, поскольку он был похож на батрака. Сейчас Макар тоже сел на поезд без билета и поехал «в середину государства», жалея паровоз, который столько трудится на благо людей. Вскоре безбилетника обнаружил контролёр и велел выйти на первом же полустанке, но Макар не вышел, а поехал дальше под вагоном.

В пути Макар уснул, а проснувшись на какой-то станции, увидел впереди Москву и решил дойти до неё пешком. Шагая вдоль рельсов, он видел частые станционные платформы среди замусоренных лесов и сильно огорчался, что растения здесь дохнут.

Ведь это весьма печально: человек живёт и рожает близ себя пустыню! Где ж тут наука и техника?

На одной платформе из вагона выгружали пустые молочные бидоны и загружали полные. Макар огорчился такой бесхозяйственности — зачем возить пустую посуду на машине, если можно отсюда до Москвы построить трубу и отправлять пустые бидоны по ней. Свои соображения Макар изложил «молочному начальнику», но тот заявил, что он «исполнитель, а не выдумщик труб», а всеми изобретениями заведуют умнейшие люди, сидящие в Москве.

Тогда Макар пошёл дальше, впервые усомнившись в пользе государства для человека. Улицы Москвы были забиты людьми, которые куда-то спешили. Макар решил, что спешат они на фабрики, которые «одевают и обувают весь далёкий деревенский народ», и начал уважать их за спешку.

Вместе со спешными людьми Макар залез в трамвай. Эта машина — «бедная работница» — ему понравилась, ведь она везёт полезных людей. Пассажиры что-то просили у «трамвайной хозяйки», Макар тоже попросил. Это оказалась остановка по требованию, и Макара выпихнули из трамвая.

Уточнив у милиционера, где здесь самый центр государства, Макар вышел к дому со столбами и четвёркой чугунных лошадей. Дальше, у реки, строился «вечный дом из железа, бетона, стали и светлого стекла». Макар решил пройти на стройку, чтобы поработать и поесть. К котлу его пустили, но на работу взять отказались, поскольку Макар не состоял в союзе рабочих.

Макар прижился на стройке вечного дома. Его не интересовало, кто будет в нём жить, «он интересовался техникой как будущим благом для всех людей». Работа шла быстро, но в груди Макара всё равно «росла какая-то совестливая рабочая тоска». Поспав немного, он вдруг понял, что здесь не так. Рабочие делали стены, вручную таская бетон и заливая им железные каркасы, а надо, чтобы бетон подавался через трубу, и тогда рабочий будет меньше уставать.

Макар нашёл «главную московскую научно-техническую контору» и рассказал там о своём изобретении. Ему, как неимущему изобретателю, выдали рубль и обратный билет, но от билета Макар отказался, поскольку «решил жить вперёд и безвозвратно». Затем его отправили к товарищу Лопину, который должен был «устроить его изобретение кишки по промышленной линии».

Лопин — инженер по "промышленной линии".

На следующий день Макар отправился искать промышленную линию и увидел плакат, где значилось, что на этой линии должен стоять весь пролетариат. Макар сделал вывод, что должен найти пролетариат, а где-то рядом с ним будет и Лопин. Дорогу к пролетариату ему указал постовой милиционер.

Обиталищем пролетариата оказался ночлежный приют со своей конторой.

Без конторы, оказывается, сейчас же началось бы всюду светопреставление, а писцы давали всей жизни хотя и медленный, но правильный ход.

У приюта лежала груда бесхозных кирпичей. Макар огорчённо подумал, что кирпичи эти пролетариат делал, мучился, а теперь они валяются без дела, значит «мала советская власть — своего имущества не видит».

Вечером собрался усталый пролетариат. Макар смело вошёл в комнату и заявил, что в государстве процветают «непорядки и утраты ценностей». Пролетариат ему возразил, что живёт он хорошо, но без души, поскольку люди перестали обращать друг на друга внимание. Макар усомнился, что дело, которым он занимался, пролетарское.

Страдание Макара перешло в сон. Он увидел гору, на которой стоял гигантский «научный человек». Макар лежал под горой, но человек смотрел только вдаль, а вблизи ничего не замечал и не слышал его вопросов.

Лицо учёнейшего человека было освещено заревом дальней массовой жизни, что расстилалась под ним вдалеке, а глаза были страшны и мертвы от нахождения на высоте и слишком далёкого взора.

Тогда Макар пополз на гору, добрался до «научного человека» и дотронулся до его громадного тела. Человек упал, и Макар понял, что он мёртв.

Проснувшись, Макар увидел рябого пролетария по имени Пётр, который решил не работать, а «думать за всех».

Пётр — пролетарий из ночлежного дома, решивший не работать, а "думать за всех".

Макар последовал за Петром, «чтобы найти своё предназначение». Теперь он заметил, что москвичи своим «научным выражением лиц» похожи на приснившегося ему человека, и Макару стало жутко — вдруг и Пётр такой же «научный человек». Но Пётр заявил, что он — как Ленин, смотрит и вдаль, и вблизь. Макар успокоился.

До вечера Макар и Пётр бродили по Москве, где люди «живут семействами без размножения», а кормят их мысли, написанные на квитанциях. Обедать Пётр отправился в милицию, где выдал Макара за пойманного на улице психа. Милиционер направил приятелей в институт психопатов, где их приняли, выдали еды, а доктор определил в недалёком Макаре сумасшедшего и оставил на испытание. Пётр остался с ним.

В читальной комнате больницы Пётр нашёл книжку Ленина, где говорилось, что советские законы — дерьмо, а в советских учреждениях сидят враги.

Социализм надо строить руками массового человека, а не чиновничьими бумажками наших учреждений.

Утром Пётр и Макар отправились в РКИ (Рабоче-крестьянскую инспекцию), чтобы сесть там и «думать для государства». В конторе они встретили товарища Чумового, который «чем-то заведовал, оставив свою деревню на произвол бедняков».

Приятели здесь не остались, пошли выше. Там им дали власть «над гнетущей писчей стервой», они сели напротив Чумового и стали говорить с бедным народом, решая их дела в уме, без бумажек. Думали приятели так просто, что скоро народ научился решать свои дела сам и перестал приходить.

Вскоре в конторе остался один товарищ Чумовой. Он сидел там, пока не назначили комиссию «по делам ликвидации государства». В ней Чумовой проработал 44 года «и умер среди забвения и канцелярских дел».