Стена (Сартр) — различия между версиями

Материал из Народного Брифли
Перейти к:навигация, поиск
(Новая страница: «{{Пересказ | Название = Стена | НазваниеОригинала = Lemur | Автор = Сартр, Жан-Поль | Жанр = нове…»)
 
Строка 9: Строка 9:
  
 
{{начало текста}}
 
{{начало текста}}
''Повествование ведётся от лица испанского повстанца Пабло Иббиета.''  
+
''Повествование ведётся от лица испанского повстанца Пабло Иббиета.''
  
Просторная белая комната с ярким светом. В центре сидели субъекты в штатском, в отдалении – арестанты. Конвойные подводили арестантов к столам, люди в штатском задавали несколько вопросов, потом что-то писали.  
+
Просторная белая комната с ярким светом. В центре сидели субъекты в штатском, в отдалении — арестанты. Конвойные подводили арестантов к столам, люди в штатском задавали несколько вопросов, потом что-то писали.
  
У Хуана ничего не спросили. Он говорил, что не виноват, но они вынесли решение, которое он узнает в камере. Камерой был больничный подвал, где было холодно и жутко, но всё равно лучше карцера, в котором Пабло Иббиета провёл пять дней. Здесь, по крайней мере, была компания – Хуан и Том.  
+
У Хуана ничего не спросили. Он говорил, что не виноват, но они вынесли решение, которое он узнает в камере. Камерой был больничный подвал, где было холодно и жутко, но всё равно лучше карцера, в котором Пабло Иббиета провёл пять дней. Здесь, по крайней мере, была компания — Хуан и Том.
  
Том и Пабло были уверенны, что им крышка, но думали, что Хуан, который был не причём, не пострадает. Они говорили о том, что в другой провинции заключённых просто давят грузовиками, экономят патроны.  
+
Том и Пабло были уверены, что им крышка, но думали, что Хуан, который был не причём, не пострадает. Они говорили о том, что в другой провинции заключённых просто давят грузовиками, экономят патроны.
  
В потолке было отверстие, в которое проникал свет, под ним – куча угля. Тома начало трясти и он стал ходить по подвалу. Около восьми в камеру вошёл комендант с охранниками. Он сообщил, что все приговорены к расстрелу и приговор будет приведён в исполнение утром. Также предупредил, что к ним придет врач-бельгиец. Хуана тоже не пожалели.
+
В потолке было отверстие, в которое проникал свет, под ним — куча угля. Тома начало трясти и он стал ходить по подвалу. Около восьми в камеру вошёл комендант с охранниками. Он сообщил, что все приговорены к расстрелу и приговор будет приведён в исполнение утром. Также предупредил, что к ним придёт врач-бельгиец. Хуана тоже не пожалели.
  
Наступила яркая морозная ночь. В камеру вошёл врач с двумя охранниками и сказал, что он здесь, чтобы помогать. Он стал ощупывать пульс, и все скоро поняли, что он здесь, чтобы наблюдать за их поведением.  
+
Наступила яркая морозная ночь. В камеру вошёл врач с двумя охранниками и сказал, что он здесь, чтобы помогать. Он стал ощупывать пульс, и все скоро поняли, что он здесь, чтобы наблюдать за их поведением.
  
Врачу стало холодно, и он взглянул на Пабло. А тот был весь в испарине, пот тёк ручьём, одежда была мокрая. Хуан с серым лицом интересовался, больно ли умирать, врач его успокаивал.  
+
Врачу стало холодно, и он взглянул на Пабло. А тот был весь в испарине, пот тёк ручьём, одежда была мокрая. Хуан с серым лицом интересовался, больно ли умирать, врач его успокаивал.
  
{{цитата}}  
+
{{цитата}}
 
…я увижу восемь винтовок, направленных на меня. Мне захочется отступить к стене, я… изо всех сил попытаюсь в неё втиснуться, а она будет отталкивать меня, как в каком-то ночном кошмаре.
 
…я увижу восемь винтовок, направленных на меня. Мне захочется отступить к стене, я… изо всех сил попытаюсь в неё втиснуться, а она будет отталкивать меня, как в каком-то ночном кошмаре.
 
{{/цитата}}
 
{{/цитата}}
  
Пабло стал вспоминать сцены из прошлого. Потом подсел к Тому, и они стали рассуждать над тем, что их ждёт утром. Том живо представлял себе все подробности. У его ног появилась лужа, но он ничего не чувствовал. Бельгиец что-то записывал.  
+
Пабло стал вспоминать сцены из прошлого. Потом подсел к Тому, и они стали рассуждать над тем, что их ждёт утром. Том живо представлял себе все подробности. У его ног появилась лужа, но он ничего не чувствовал. Бельгиец что-то записывал.
  
Хуан ушёл в себя, и когда доктор подошёл к нему, даже попытался укусит его за руку. Пабло прилег, и ему привиделись сцены расстрела. Он вскочил и стал ходит по камере, вспоминая прошлое.  
+
Хуан ушёл в себя, и когда доктор подошёл к нему, даже попытался укусит его за руку. Пабло прилёг, и ему привиделись сцены расстрела. Он вскочил и стал ходит по камере, вспоминая прошлое.
  
 
Бельгиец предложил передать родным всё, что захотят сказать арестанты. Но им некому было передавать сообщения. У Пабло была девушка, но сейчас он не хотел её видеть, и чтобы она видела его в таком положении. Предметы стали размытыми, тело обдавало дрожью и потом, затем Пабло охватило безразличие.
 
Бельгиец предложил передать родным всё, что захотят сказать арестанты. Но им некому было передавать сообщения. У Пабло была девушка, но сейчас он не хотел её видеть, и чтобы она видела его в таком положении. Предметы стали размытыми, тело обдавало дрожью и потом, затем Пабло охватило безразличие.
  
{{цитата}}  
+
{{цитата}}
…ты утратил надежду на бессмертие, какая разница, сколько тебе осталось ждать -- несколько часов или несколько лет.
+
…ты утратил надежду на бессмертие, какая разница, сколько тебе осталось ждать — несколько часов или несколько лет.
 
{{/цитата}}
 
{{/цитата}}
  
Доктор посмотрел на часы и это вызвало истерику у Хуана. За стеной послышались шаги. На улице раздались отдалённые выстрелы – на заднем дворе начались расстрелы. В их камеру вошли.  
+
Доктор посмотрел на часы и это вызвало истерику у Хуана. За стеной послышались шаги. На улице раздались отдалённые выстрелы — на заднем дворе начались расстрелы. В их камеру вошли.
  
Том пошёл сам, а Хуан падал, поэтому его пришлось волочить. За Пабло обещали зайти позже. Ему было тяжело переносить одиночество. Вскоре за ним пришли, и повели в маленькую комнату на первом этаже. Офицеры снова спрашивали его, где находится Рамон Грис.  
+
Том пошёл сам, а Хуан падал, поэтому его пришлось волочить. За Пабло обещали зайти позже. Ему было тяжело переносить одиночество. Вскоре за ним пришли и повели в маленькую комнату на первом этаже. Офицеры снова спрашивали его, где находится Рамон Грис.
  
 
Пабло было смешно и безразлично, но они пытались вызвать у него страх. Ему грозил расстрел, если он не сознается. На раздумья дали полчаса. Ещё полчаса одиночества и ожидания. Пабло знал, где Грис, но ни за что не выдал бы его. Через полчаса он сообщил офицерам, что Грис на кладбище. Он сделал это для того, чтобы поиздеваться над ними, разыграть их.
 
Пабло было смешно и безразлично, но они пытались вызвать у него страх. Ему грозил расстрел, если он не сознается. На раздумья дали полчаса. Ещё полчаса одиночества и ожидания. Пабло знал, где Грис, но ни за что не выдал бы его. Через полчаса он сообщил офицерам, что Грис на кладбище. Он сделал это для того, чтобы поиздеваться над ними, разыграть их.
 
   
 
   
Офицеры вышли и через полчаса вернулись. Пабло был готов идти на расстрел, но его отвели на главный двор. Там он встретил знакомого булочника Гарсиа, который сообщил ему последние новости.  
+
Офицеры вышли и через полчаса вернулись. Пабло был готов идти на расстрел, но его отвели на главный двор. Там он встретил знакомого булочника Гарсиа, который сообщил ему последние новости.
  
Грис скрывался у брата за городом, но поругался с ним и, чтобы никого не подставлять, отправился на кладбище, где надеялся укрыться. Там его и настигли офицеры. В перестрелке он был убит. У Пабло всё поплыло перед глазами, но рухнул на землю и стал неудержимо смеяться.  
+
Грис скрывался у брата за городом, но поругался с ним и, чтобы никого не подставлять, отправился на кладбище, где надеялся укрыться. Там его и настигли офицеры. В перестрелке он был убит. У Пабло всё поплыло перед глазами, но рухнул на землю и стал неудержимо смеяться.
  
''За основу пересказа взят перевод Л. Н. Григорьяна.''
+
''За основу пересказа взят перевод Л. Н. Григорьяна.''
 
{{конец текста}}
 
{{конец текста}}
 
[[Категория:новеллы]]
 
[[Категория:новеллы]]

Версия 13:11, 30 декабря 2019

Стена
Lemur
Краткое содержание новеллы. 1939.
Микропересказ: Повстанца приговаривают к расстрелу, он готовится к смерти. На последнем допросе он, сам того не зная, выдаёт местоположение одного из своих лидеров и получает жизнь ценой невольного предательства.

Повествование ведётся от лица испанского повстанца Пабло Иббиета.

Просторная белая комната с ярким светом. В центре сидели субъекты в штатском, в отдалении — арестанты. Конвойные подводили арестантов к столам, люди в штатском задавали несколько вопросов, потом что-то писали.

У Хуана ничего не спросили. Он говорил, что не виноват, но они вынесли решение, которое он узнает в камере. Камерой был больничный подвал, где было холодно и жутко, но всё равно лучше карцера, в котором Пабло Иббиета провёл пять дней. Здесь, по крайней мере, была компания — Хуан и Том.

Том и Пабло были уверены, что им крышка, но думали, что Хуан, который был не причём, не пострадает. Они говорили о том, что в другой провинции заключённых просто давят грузовиками, экономят патроны.

В потолке было отверстие, в которое проникал свет, под ним — куча угля. Тома начало трясти и он стал ходить по подвалу. Около восьми в камеру вошёл комендант с охранниками. Он сообщил, что все приговорены к расстрелу и приговор будет приведён в исполнение утром. Также предупредил, что к ним придёт врач-бельгиец. Хуана тоже не пожалели.

Наступила яркая морозная ночь. В камеру вошёл врач с двумя охранниками и сказал, что он здесь, чтобы помогать. Он стал ощупывать пульс, и все скоро поняли, что он здесь, чтобы наблюдать за их поведением.

Врачу стало холодно, и он взглянул на Пабло. А тот был весь в испарине, пот тёк ручьём, одежда была мокрая. Хуан с серым лицом интересовался, больно ли умирать, врач его успокаивал.

…я увижу восемь винтовок, направленных на меня. Мне захочется отступить к стене, я… изо всех сил попытаюсь в неё втиснуться, а она будет отталкивать меня, как в каком-то ночном кошмаре.

Пабло стал вспоминать сцены из прошлого. Потом подсел к Тому, и они стали рассуждать над тем, что их ждёт утром. Том живо представлял себе все подробности. У его ног появилась лужа, но он ничего не чувствовал. Бельгиец что-то записывал.

Хуан ушёл в себя, и когда доктор подошёл к нему, даже попытался укусит его за руку. Пабло прилёг, и ему привиделись сцены расстрела. Он вскочил и стал ходит по камере, вспоминая прошлое.

Бельгиец предложил передать родным всё, что захотят сказать арестанты. Но им некому было передавать сообщения. У Пабло была девушка, но сейчас он не хотел её видеть, и чтобы она видела его в таком положении. Предметы стали размытыми, тело обдавало дрожью и потом, затем Пабло охватило безразличие.

…ты утратил надежду на бессмертие, какая разница, сколько тебе осталось ждать — несколько часов или несколько лет.

Доктор посмотрел на часы и это вызвало истерику у Хуана. За стеной послышались шаги. На улице раздались отдалённые выстрелы — на заднем дворе начались расстрелы. В их камеру вошли.

Том пошёл сам, а Хуан падал, поэтому его пришлось волочить. За Пабло обещали зайти позже. Ему было тяжело переносить одиночество. Вскоре за ним пришли и повели в маленькую комнату на первом этаже. Офицеры снова спрашивали его, где находится Рамон Грис.

Пабло было смешно и безразлично, но они пытались вызвать у него страх. Ему грозил расстрел, если он не сознается. На раздумья дали полчаса. Ещё полчаса одиночества и ожидания. Пабло знал, где Грис, но ни за что не выдал бы его. Через полчаса он сообщил офицерам, что Грис на кладбище. Он сделал это для того, чтобы поиздеваться над ними, разыграть их.

Офицеры вышли и через полчаса вернулись. Пабло был готов идти на расстрел, но его отвели на главный двор. Там он встретил знакомого булочника Гарсиа, который сообщил ему последние новости.

Грис скрывался у брата за городом, но поругался с ним и, чтобы никого не подставлять, отправился на кладбище, где надеялся укрыться. Там его и настигли офицеры. В перестрелке он был убит. У Пабло всё поплыло перед глазами, но рухнул на землю и стал неудержимо смеяться.

За основу пересказа взят перевод Л. Н. Григорьяна.