Пелагея (Абрамов) — различия между версиями

Материал из Народный Брифли
Перейти к:навигация, поиск
Строка 1: Строка 1:
 +
{{сократить}}
 +
 
{{Пересказ
 
{{Пересказ
 
| Название = Пелагея  
 
| Название = Пелагея  
Строка 8: Строка 10:
  
 
{{начало текста}}
 
{{начало текста}}
Пелагея Амосова жила в сибирской деревне, работала поварихой в хлебопекарне. Её муж Павел болел, а дочь Алька охотнее вертелась возле зеркала, чем помогала по хозяйству.
+
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея Амосова}} жила в сибирской деревне, работала поварихой в хлебопекарне.  
 +
 
 +
{{БлочныйПерсонаж|Пелагея Амосова|немолодая женщина из сибирской деревни|1|}}
 +
 
 +
Её муж {{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} болел, и {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагее}} приходилось делать всё самой — дочь {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} охотнее вертелась возле зеркала, чем помогала по хозяйству.
 +
 
 +
{{БлочныйПерсонаж|Павел|муж {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}}, очень больной человек|2|}}
 +
 
 +
{{БлочныйПерсонаж|Алька|дочь {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}}, восьмиклассница, распущенная девица|3|}}
 +
 
 +
В тот вечер {{упоминаниеПерсонажа|2|Павлу}} снова нездоровилось. У его сестры {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисьи}} были именины, и {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} упорхнула к тётке — там ей было веселее, чем с больным отцом.
 +
 
 +
{{БлочныйПерсонаж|Анисья|старшая сестра {{упоминаниеПерсонажа|2|Павла}}, любит гульнуть|4|}}
 +
 
 +
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагее}} идти на именины не хотелось: у {{упоминаниеПерсонажа|5|Петра Ивановича}}, самого уважаемого в деревне человека, в тот день тоже был праздник — его дочь и сын вернулись домой с учёбы, и женщина надеялась, что и о ней вспомнят.
 +
 
 +
{{БлочныйПерсонаж|Пётр Иванович|местный ревизор, самый влиятельный человек в деревне|5|}}
 +
 
 +
{{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}}, крепкая баба за пятьдесят, была старше {{упоминаниеПерсонажа|2|Павла}} на пять лет. Замужем она была три раза. Первого мужа убили на войне, со вторым рассталась, когда попала в тюрьму за унесённый с поля сноп жита, третий муж, работавший на лесозаготовке, «пропил у неё всё до нитки, избил на прощанье и укатил к законной жене».
 +
 
 +
Больше {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}} «семейного счастья не пытала», жила вольно, но и мужиков от себя не отгоняла. Брата своего оно обожала за добрый и тихий нрав, а невестку побаивалась и уважала за домовитость и верность мужу.
 +
 
 +
{{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}} рассчитывала, что брат с невесткой придут на именины, накрыла богатый стол, но {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}}, сославшись на усталость и болезнь мужа, наотрез отказалась. {{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} возразить жене не посмел.
  
Старшая сестра Павла, Анисья, праздновала именины, но Пелагея ждала приглашения не от неё, а от Петра Ивановича, самого уважаемого в деревне человека, который отмечал окончание учёбы дочери и сына.
+
{{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}} жила на одном дворе с {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеей}}. Раньше двухэтажный дом Амосовых с резным крыльцом и боковой избой-зимницей, был самым красивым в деревне. У {{упоминаниеПерсонажа|2|Павла}} было два брата, погибших на войне. Вдовам братьев достались зимница и нижний этаж дома. {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} разобрала половину дома и построила себе избу на задворках.
  
Анисья, трижды побывавшая замужем, жила вольно, мужиков от себя не отгоняла. Брата она любила, а невестку побаивалась и уважала за домовитость и верность мужу.
+
От красавца-дома осталась «безобразная хоромина». Нижний её этаж был заколочен, а на верхнем жила {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}}. {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} притащила к ней на именины двух местных выпивох. Одна из них, {{упоминаниеПерсонажа|6|Маня-большая}}, была мелкой, ехидной старушкой себе на уме, за что и получила прозвище.
  
Рассчитывая, что брат с женой придут на именины, Анисья накрыла богатый стол, но родственники так и не пришли, зато Алька притащила двух местных баб-выпивох. Одна из них, Маня-большая, была мелкой, ехидной старушкой себе на уме, за что и получила прозвище.
+
{{БлочныйПерсонаж|Маня-большая|местная выпивоха, мелкая и ехидная старушка себе на уме|6|}}
  
Выпивохи сообщили, что Пелагея с Павлом отправились в гости к Петру Ивановичу. Анисья обиделась и в сердцах выставила на стол всё богатое угощение — «пускай самые распоследние гости стравят, раз свои побрезговали».
+
Выпивохи немедленно сообщили, что {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} с {{упоминаниеПерсонажа|2|Павлом}} отправились в гости к {{упоминаниеПерсонажа|5|Петру Ивановичу}}. {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}}, полгода готовившаяся к именинам, смертельно обиделась и в сердцах выставила на стол всё богатое угощение — «пускай самые распоследние гости стравят, раз свои побрезговали».
  
{{цитата}}  
+
{{цитата}}
 
Не стесняясь чужих людей, она безутешно плакала, <…> потом вскакивала, начинала лихо отплясывать под разнобойное прихлопыванье старушечьих рук, потом опять хваталась за вино и ещё пуще рыдала…
 
Не стесняясь чужих людей, она безутешно плакала, <…> потом вскакивала, начинала лихо отплясывать под разнобойное прихлопыванье старушечьих рук, потом опять хваталась за вино и ещё пуще рыдала…
 
{{/цитата}}
 
{{/цитата}}
  
Пелагея знала, что у Петра Ивановича соберутся все «хорошие люди» — сельское начальство, и хотела переговорить с председателем сельсовета. Лет десять назад, когда хлеба не хватало, Пелагею приглашали первой. Теперь же записочку с приглашением она получила в последний момент.
+
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} знала, что у {{упоминаниеПерсонажа|5|Петра Ивановича}} соберутся все «хорошие люди» — сельское начальство, и хотела переговорить с председателем сельсовета.
 +
 
 +
Лет десять назад, когда хлеба не хватало, {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагею}} приглашали первой и усаживали на почётное место. Теперь же записочку с приглашением она получила в последний момент, а усадили её с краю, на жёсткую скамью, но {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} и этому была рада.
 +
 
 +
{{упоминаниеПерсонажа|5|Пётр Иванович}} всегда был для {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}} загадкой. Этот полуграмотный человек, кончивший всего три класса, всю жизнь проводил ревизии — проверял бухгалтерию колхоза, сельпо, и при такой незавидной должности стал первым человеком в деревне. В 1947 году, в первый год работы {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}} в пекарне, {{упоминаниеПерсонажа|5|Пётр Иванович}} насчитал ей пять тысяч рублей недостачи, а потом выручил и сказал, что просто хотел проучить молодую бухгалтершу.
 +
 
 +
Подловив председателя сельсовета, {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} добилась от него обещания дать {{упоминаниеПерсонажа|3|Альке}} возможность учиться дальше, для чего была нужна справка из сельсовета. Сейчас {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} переходила в восьмой класс. Училась она плохо, чуть ли не в каждом классе по два года сидела и думала не об учёбе, а о парнях, но {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} мечтала, чтобы дочь получила образование и выбилась в люди.
  
Пётр Иванович, полуграмотный человек, кончивший всего три класса, всю жизнь проводил ревизии — проверял бухгалтерию колхоза, сельпо. В 1947 году, в первый год работы Пелагеи в пекарне, Пётр Иванович насчитал ей пять тысяч рублей недостачи, а потом «нашёл» деньги и с тех пор получал хлеб даром.
+
{{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} выпил несколько рюмок, и ему стало совсем плохо. {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагее}} пришлось вести мужа домой. По дороге она раздумывала, зачем {{упоминаниеПерсонажа|5|Пётр Иванович}} пригласил их в гости, ведь «три года в забытьи держал». Уж не ради ли сына, который сох по {{упоминаниеПерсонажа|3|Альке}}?
  
Пелагея добилась от председателя обещания дать Альке возможность учиться дальше, для чего была нужна справка из сельсовета. Сейчас Алька переходила в восьмой класс. Училась она плохо, чуть ли не в каждом классе по два года сидела, но Пелагея мечтала, чтобы дочь получила образование и выбилась в люди.
+
У самой избы Амосовых встретила {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}} и устроила скандал на всю улицу. {{упоминаниеПерсонажа|1|}}Пелагею утешало, что «не было поблизости хороших людей», а значит и скандал скоро забудется.
  
Павел выпил несколько рюмок, и ему стало совсем плохо. Пелагее пришлось отвести мужа домой. У самой избы Амосовых встретила Анисья и устроила скандал на всю улицу. Пелагею утешало, что «не было поблизости хороших людей», а значит и скандал скоро забудется.
+
Распуская на ночь куцый хвостик, {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} вспомнила, какие роскошные, золотистые волосы были у неё в молодости. Однажды председателя рабочего комитета увидел, как она расчёсывает волосы у окна, и пообещал, что сделает {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагею}}, работавшую тогда на скотном дворе, поварихой на пекарне, если она переспит с ним. {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} согласилась и сдержала слово, а потом постаралась всё забыть.
  
Место поварихи в пекарне Пелагее досталось после того, как она переспала с председателем рабочего комитета. Женщина не знала, догадался ли муж о её измене, и до сих пор сомневалась в том, кто отец её дочери.
+
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} не знала, догадался ли муж о её измене. Глядя на жадную до удовольствий {{упоминаниеПерсонажа|3|Альку}}, она гадала, в кого та пошла. По срокам выходило, что дочь у неё от {{упоминаниеПерсонажа|2|Павла}}, но сомнение осталось.
  
{{цитата}}  
+
{{цитата}}
Закравшееся в душу сомнение — не сорняк в огороде, который вырвал с корнем, и делу конец. Сомнение, как мутная вода, всё делает нечистым и неясным.
+
Закравшееся в душу сомнение — не сорняк в огороде, который вырвал с корнем, и делу конец. Сомнение, как мутная вода, всё делает нечистым и неясным.
 
{{/цитата}}
 
{{/цитата}}
  
Вдруг Пелагея захотела увидеть Альку, отправилась на поиски, благо ночь была белая, и нашла её в клубе, где та отплясывала сначала с комсомольским секретарём, потом — с офицером из стоящей возле села войсковой части.
+
Вдруг {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} захотела немедленно увидеть дочь, отправилась на поиски, благо ночь была белая, и нашла её в клубе, где та отплясывала сначала с комсомольским секретарём, потом — с офицером из стоящей возле села войсковой части. {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} загордилась — тощая да бледная дочь {{упоминаниеПерсонажа|5|Петра Ивановича}}, в сторонке с родным братом танцует, а её {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}}, крепкая да ладная, в центре, у всех на глазах, всем на зависть.
 +
 
 +
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} пригласила всю компанию к себе. Дома она обнаружила, что оставленный без присмотра {{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} лежит при смерти. Спас его офицер {{упоминаниеПерсонажа|7|Владислав}} — влил в рот лекарство и послал машину в районный центр за доктором.
 +
 
 +
{{БлочныйПерсонаж|Владислав (Владик)|офицер стоящей возле села войсковой части, ухаживает за {{упоминаниеПерсонажа|3|Алькой}}|7|}}
 +
 
 +
Доктор сказал, что {{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} больше не встанет на ноги, но через семнадцать дней больной сам вышел из избы. Две недели {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} ухаживала за мужем, а пекарню взяли на себя {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}} с {{упоминаниеПерсонажа|2|Алькой}}.
 +
 
 +
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} знала, что {{упоминаниеПерсонажа|7|Владислав}} часто появлялся в пекарне, покупал хлеб для своей части. В конце концов, она сама наведалась в пекарню и застала дочь и офицера у печи — оба полураздетые, как на пляже.
 +
 
 +
Не понравилось {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагее}}, как {{упоминаниеПерсонажа|2|Алька}} с {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисьей}} вели хозяйство, но отчитывать дочь при кавалере не стала, посадила за стол, согрела самовар, поставила бутылочку «белого». Вскоре {{упоминаниеПерсонажа|7|Владислав}} стал для {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}} просто {{упоминаниеПерсонажа|7|Владиком}}, почти зятем.
 +
 
 +
Глядя на любовь {{упоминаниеПерсонажа|3|Альки}} и {{упоминаниеПерсонажа|7|Владика}}, женщина «помолодела и душой, и телом», будто сама была влюблена. Даже будучи невестой, {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} так не волновалась — {{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} был робким парнем и сразу ей подчинился. {{упоминаниеПерсонажа|7|Владик}} же — «вихрь, огонь», и непонятно, что у него на уме. На помощь он не скупился, солдат присылал, но о будущем не заговаривал.
 +
 
 +
Однажды {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} отправилась за малиной. Вернувшись, она узнала, что {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}}, сказавшись беременной, укатила в город, а {{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} от горя слёг.
  
Пелагея загордилась своей красавицей-дочкой и пригласила всю компанию к себе. Дома она обнаружила, что Павел при смерти. Спас его офицер Владислав — влил в рот лекарство и послал машину в районный центр за доктором.
+
Через три дня {{упоминаниеПерсонажа|2|Павел}} умер. {{упоминаниеПерсонажа|2|Алька}} на похороны не явилась, в селе шептались, что это дочь свела отца в могилу. Когда стали говорить речи у могилы, {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} поняла, что никогда не ценила мужа, ни во что не ставила его труд.
  
Доктор сказал, что Павел больше не встанет на ноги, но через семнадцать дней больной сам вышел из избы. Две недели Пелагея ухаживала за мужем, а в пекарне работали Анисья с Алькой.
+
После похорон {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} стала жить не спеша, отдыхая. Всю осень она ходила по лесам за грибами-ягодами, хлопотала по хозяйству. {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} не писала, и {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} беспокоилась.
  
Владислав часто появлялся в пекарне, покупая хлеб для своей части, ухаживал за Алькой и постепенно стал для Пелагеи почти зятем. Женщина радовалась, глядя на их любовь, только одно её огорчало — о будущем Владислав не заговаривал.
+
Глубокой осенью {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} заболела и сильно ослабла. Она сопротивлялась болезни, «целыми днями делала что-нибудь возле дома», а в погожие дни выходила посмотреть на пекарню и вспоминала свою жизнь.
  
Внезапно Алька, сказавшись беременной, укатила в город, а Павел от горя слёг и через три дня умер. Дочь на похороны не явилась, а Пелагея поняла, что никогда не ценила робкого, покорного мужа.
+
Первенец {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}} умер после войны из-за того, что у неё от голода кончилось молоко. Она не могла допустить, чтобы и {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} умерла, поэтому и изменила мужу, а потом завоевала село своим хлебом — лёгким, душистым, сытным.
  
После похорон Пелагея стала жить не спеша — ходила за грибами-ягодами, хлопотала по хозяйству. Алька не писала, и женщина беспокоилась.
+
Люди к {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагее}} почти не заходили — {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисью}} она прогнала сразу после похорон. На Октябрьские праздники {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} приготовила угощение и села у окна ждать гостей. Но люди обходили её дом, шли к {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисье}}. Лишь под вечер заявилась {{упоминаниеПерсонажа|6|Маня-большая}} и сообщила, что сельсовет выслал Альке справку на паспорт, а затребовала эту справку войсковая часть.
Глубокой осенью Пелагея заболела и сильно ослабла. Она сопротивлялась болезни, «целыми днями делала что-нибудь возле дома», а в погожие дни выходила посмотреть на пекарню и вспоминала свою жизнь.
 
  
Первенец Пелагеи умер после войны из-за голода. Она не могла допустить, чтобы и Алька умерла, поэтому и изменила мужу, а потом завоевала село своим чудесным хлебом.
+
У {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}} от души отлегло: выходит, {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} сейчас с {{упоминаниеПерсонажа|7|Владиком}}. {{упоминаниеПерсонажа|6|Маня-большая}} вызвалась съездить в город, разузнать подробности, если {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} снабдит её деньгами.
  
Люди к Пелагее почти не заходили — Анисью она прогнала сразу после похорон. На Октябрьские праздники к ней заявилась Маня-большая и сообщила, что сельсовет выслал Альке справку на паспорт, а затребовала её войсковая часть.
+
Вернувшись, {{упоминаниеПерсонажа|6|Маня-большая}} сообщила, что {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} работает официанткой в ресторане. Больше ничего узнать не удалось — домой её {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} не пригласила и о ребёнке не обмолвилась. {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}}, однако, немного успокоилась и решила проветрить хранящиеся в сундуках наряды - отрезы тканей, яркие шали, платки, которые копила всю жизнь.
  
Пелагея решила, что Алька сейчас с Владиславом. Маня-большая съездила в город и узнала, что Алька работает официанткой в ресторане, но о ребёнке ничего известно не было. Пелагея, однако, немного успокоилась и решила проветрить хранящиеся в сундуках отрезы тканей, которые собирала всю жизнь.
+
Перед Новым годом в сельпо завезли плюшевые жакеты. Обрадованная {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} купила по жакету себе и {{упоминаниеПерсонажа|3|Альке}}, а на обратном пути от дочери {{упоминаниеПерсонажа|5|Петра Ивановича}} узнала, что такие жакеты уже не носят, и в городских магазинах они висят уже год.
  
Перед Новым годом в сельпо завезли плюшевые жакеты. Обрадованная Пелагея купила по жакету себе и Альке, а на обратном пути от дочери Петра Ивановича узнала, что это уже не носят.
+
Для {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}} это был удар. Глядя на все эти отрезы, ради которых тяжело работала, жарилась у печи, она поняла, что её жизнь прошла зря. Раньше мануфактура была ценным товаром, который всегда можно было обменять на продукты. Теперь же магазины полны одежды и тканей, и труд {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеи}} обесценился.
  
Для Пелагеи это был удар. Глядя на отрезы, ради которых тяжело работала, она поняла, что её жизнь прошла зря. Раньше мануфактура была ценным товаром, который можно было обменять на продукты. Теперь же магазины полны одежды и тканей, и труд Пелагеи обесценился.
+
С этого дня {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} слегла и проболела всю зиму. Изредка от {{упоминаниеПерсонажа|3|Альки}} приходили короткие, неласковые письма, и {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} до сих пор не знала, с {{упоминаниеПерсонажа|7|Владиком}} она живёт или одна.
  
Пелагея слегла и проболела всю зиму. Изредка от Альки приходили короткие, неласковые письма, и Пелагея до сих пор не знала, с Владиславом она живёт или одна.
+
В середине января к {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагее}} зашёл пьяный сын {{упоминаниеПерсонажа|5|Петра Ивановича}}. Он бил себя кулаком в грудь и кричал, что его сердце разбито вдребезги. {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} поняла, что парень страдает из-за любви к {{упоминаниеПерсонажа|3|Альке}}, о чём и написала дочери. {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} грубо ответила, что ей всё равно.
  
В середине января к Пелагее зашёл пьяный сын Петра Ивановича и начал жаловаться, что его сердце разбито вдребезги. Пелагея поняла, что парень страдает из-за любви к Альке, о чём и написала дочери, но той было всё равно.
+
Но доконало {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагею}} не грубое {{упоминаниеПерсонажа|3|Алькино}} письмо, а визит в пекарню, на который она решилась ранней весной. Двор пекарни превратился в помойку, в сенях жил поросёнок, а само помещение стало похоже на грязный сарай. Да и сама повариха была грязной, с сальными, давно немытыми волосами.
  
Ранней весной Пелагея с трудом дошла до пекарни и обнаружила, что новая повариха превратила её в грязный сарай. Это добило женщину.
+
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} снова слегла.
  
{{цитата}}  
+
{{цитата}}
 
Жить бы, шагать по оттаявшей земле босыми ногами да всей грудью вдыхать тёплый ветер из заречья. А она лежала, и дыхание у неё было тяжёлое, взахлёб, с присвистом.
 
Жить бы, шагать по оттаявшей земле босыми ногами да всей грудью вдыхать тёплый ветер из заречья. А она лежала, и дыхание у неё было тяжёлое, взахлёб, с присвистом.
 
{{/цитата}}
 
{{/цитата}}
  
Ухаживать за Пелагеей пришла Анисья. Выгонять больная её не стала — Маня-большая уже начала прицениваться к её добру.
+
Ухаживать за {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагеей}} пришла {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}}. Больная с золовкой не разговаривала и еле терпела её цветущий вид, но и не выгоняла, поскольку {{упоминаниеПерсонажа|6|Маня-большая}} уже начала прицениваться к её добру.
  
Однажды ночью к Пелагее пришёл Пётр Иванович, постаревший, опустившийся, с тоской в глазах и под хмельком. Он сообщил, что Алька с Владиславом уже не живёт, и признался, что его сын давно сохнет по ней. А потом Пётр Иванович начал молить Пелагею, чтобы та выдала Альку замуж за его сына — может тогда парень бросит пить.
+
Однажды к {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагее}} пришёл сам {{упоминаниеПерсонажа|5|Пётр Иванович}}, постаревший, опустившийся, с волчьей тоской в глазах и под хмельком. Он сообщил, что {{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} с {{упоминаниеПерсонажа|7|Владиком}} уже не живёт, и признался, что его сын давно сохнет по ней, а потом слёзно начал молить {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагею}}, чтобы та выдала дочь замуж за его сына — может тогда парень бросит пить.
  
Пелагею захлестнуло «тёмное, мстительное чувство». Она поняла, что ненавидит Петра Ивановича с тех пор, как он насчитал ей недостачу, из-за которой Пелагея чуть в проруби не утопилась.
+
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагею}} захлестнуло «тёмное, мстительное чувство». Она поняла, что ненавидит {{упоминаниеПерсонажа|5|Петра Ивановича}} с тех пор, как он насчитал ей недостачу, из-за которой {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} чуть в проруби не утопилась. Сделано это было вовсе не для того, чтобы проучить молодую бухгалтершу, а ради хлеба, который {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} с тех пор давала ему даром.
  
Пелагея плохо помнила, как ушёл Пётр Иванович. Её душили жар и кашель, но и хорошо было до слёз, ведь теперь она непременно породниться с Петром Ивановичем. На миг Пелагея потеряла сознание, а потом с трудом сползла на прохладный деревянный пол. Там и нашла её утром Анисья мёртвой.
+
{{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} плохо помнила, как ушёл {{упоминаниеПерсонажа|5|Пётр Иванович}}. Её душили жар и кашель, но и хорошо было до слёз, ведь теперь она непременно породниться с {{упоминаниеПерсонажа|5|Петром Ивановичем}}. На миг {{упоминаниеПерсонажа|1|Пелагея}} потеряла сознание, а потом с трудом сползла на прохладный деревянный пол. Там и нашла её утром {{упоминаниеПерсонажа|4|Анисья}} мёртвой.
  
Алька на похороны не приехала — «она плавала буфетчицей на одном из видных пассажирских пароходов, ходивших по Северной Двине». Явившись неделю спустя, девица справила по родителям пышные поминки, распродала хозяйство, заколотила дом и отправилась обратно на пароход — ей не хотелось терять такое весёлое и прибыльное место.
+
{{упоминаниеПерсонажа|3|Алька}} на похороны не приехала — «она плавала буфетчицей на одном из видных пассажирских пароходов, ходивших по Северной Двине». Явившись неделю спустя, девица справила по родителям пышные поминки, распродала хозяйство, положила на могилы бумажные венки, заколотила дом и отправилась обратно на пароход — ей не хотелось терять такое весёлое и прибыльное место.
 
{{конец текста}}
 
{{конец текста}}
 
[[Категория:повести]]
 
[[Категория:повести]]

Версия 12:06, 24 декабря 2018

Этот пересказ слишком подробный. Рекомендуется сократить его до 10000 знаков, включая пробелы. Вы можете помочь проекту, если отредактируете текст, убрав из него незначительные детали.


Пелагея
Краткое содержание повести. 1969.
Микропересказ: Женщина из сибирской деревни всю жизнь тяжело работала ради единственной дочери, но та бросила мать, и она умерла в одиночестве.

Пелагея Амосова жила в сибирской деревне, работала поварихой в хлебопекарне.

Пелагея Амосова — немолодая женщина из сибирской деревни.

Её муж Павел болел, и Пелагее приходилось делать всё самой — дочь Алька охотнее вертелась возле зеркала, чем помогала по хозяйству.

Павел — муж Пелагеи, очень больной человек.
Алька — дочь Пелагеи, восьмиклассница, распущенная девица.

В тот вечер Павлу снова нездоровилось. У его сестры Анисьи были именины, и Алька упорхнула к тётке — там ей было веселее, чем с больным отцом.

Анисья — старшая сестра Павла, любит гульнуть.

Пелагее идти на именины не хотелось: у Петра Ивановича, самого уважаемого в деревне человека, в тот день тоже был праздник — его дочь и сын вернулись домой с учёбы, и женщина надеялась, что и о ней вспомнят.

Пётр Иванович — местный ревизор, самый влиятельный человек в деревне.

Анисья, крепкая баба за пятьдесят, была старше Павла на пять лет. Замужем она была три раза. Первого мужа убили на войне, со вторым рассталась, когда попала в тюрьму за унесённый с поля сноп жита, третий муж, работавший на лесозаготовке, «пропил у неё всё до нитки, избил на прощанье и укатил к законной жене».

Больше Анисья «семейного счастья не пытала», жила вольно, но и мужиков от себя не отгоняла. Брата своего оно обожала за добрый и тихий нрав, а невестку побаивалась и уважала за домовитость и верность мужу.

Анисья рассчитывала, что брат с невесткой придут на именины, накрыла богатый стол, но Пелагея, сославшись на усталость и болезнь мужа, наотрез отказалась. Павел возразить жене не посмел.

Анисья жила на одном дворе с Пелагеей. Раньше двухэтажный дом Амосовых с резным крыльцом и боковой избой-зимницей, был самым красивым в деревне. У Павла было два брата, погибших на войне. Вдовам братьев достались зимница и нижний этаж дома. Пелагея разобрала половину дома и построила себе избу на задворках.

От красавца-дома осталась «безобразная хоромина». Нижний её этаж был заколочен, а на верхнем жила Анисья. Алька притащила к ней на именины двух местных выпивох. Одна из них, Маня-большая, была мелкой, ехидной старушкой себе на уме, за что и получила прозвище.

Маня-большая — местная выпивоха, мелкая и ехидная старушка себе на уме.

Выпивохи немедленно сообщили, что Пелагея с Павлом отправились в гости к Петру Ивановичу. Анисья, полгода готовившаяся к именинам, смертельно обиделась и в сердцах выставила на стол всё богатое угощение — «пускай самые распоследние гости стравят, раз свои побрезговали».

Не стесняясь чужих людей, она безутешно плакала, <…> потом вскакивала, начинала лихо отплясывать под разнобойное прихлопыванье старушечьих рук, потом опять хваталась за вино и ещё пуще рыдала…

Пелагея знала, что у Петра Ивановича соберутся все «хорошие люди» — сельское начальство, и хотела переговорить с председателем сельсовета.

Лет десять назад, когда хлеба не хватало, Пелагею приглашали первой и усаживали на почётное место. Теперь же записочку с приглашением она получила в последний момент, а усадили её с краю, на жёсткую скамью, но Пелагея и этому была рада.

Пётр Иванович всегда был для Пелагеи загадкой. Этот полуграмотный человек, кончивший всего три класса, всю жизнь проводил ревизии — проверял бухгалтерию колхоза, сельпо, и при такой незавидной должности стал первым человеком в деревне. В 1947 году, в первый год работы Пелагеи в пекарне, Пётр Иванович насчитал ей пять тысяч рублей недостачи, а потом выручил и сказал, что просто хотел проучить молодую бухгалтершу.

Подловив председателя сельсовета, Пелагея добилась от него обещания дать Альке возможность учиться дальше, для чего была нужна справка из сельсовета. Сейчас Алька переходила в восьмой класс. Училась она плохо, чуть ли не в каждом классе по два года сидела и думала не об учёбе, а о парнях, но Пелагея мечтала, чтобы дочь получила образование и выбилась в люди.

Павел выпил несколько рюмок, и ему стало совсем плохо. Пелагее пришлось вести мужа домой. По дороге она раздумывала, зачем Пётр Иванович пригласил их в гости, ведь «три года в забытьи держал». Уж не ради ли сына, который сох по Альке?

У самой избы Амосовых встретила Анисья и устроила скандал на всю улицу. Пелагею утешало, что «не было поблизости хороших людей», а значит и скандал скоро забудется.

Распуская на ночь куцый хвостик, Пелагея вспомнила, какие роскошные, золотистые волосы были у неё в молодости. Однажды председателя рабочего комитета увидел, как она расчёсывает волосы у окна, и пообещал, что сделает Пелагею, работавшую тогда на скотном дворе, поварихой на пекарне, если она переспит с ним. Пелагея согласилась и сдержала слово, а потом постаралась всё забыть.

Пелагея не знала, догадался ли муж о её измене. Глядя на жадную до удовольствий Альку, она гадала, в кого та пошла. По срокам выходило, что дочь у неё от Павла, но сомнение осталось.

Закравшееся в душу сомнение — не сорняк в огороде, который вырвал с корнем, и делу конец. Сомнение, как мутная вода, всё делает нечистым и неясным.

Вдруг Пелагея захотела немедленно увидеть дочь, отправилась на поиски, благо ночь была белая, и нашла её в клубе, где та отплясывала сначала с комсомольским секретарём, потом — с офицером из стоящей возле села войсковой части. Пелагея загордилась — тощая да бледная дочь Петра Ивановича, в сторонке с родным братом танцует, а её Алька, крепкая да ладная, в центре, у всех на глазах, всем на зависть.

Пелагея пригласила всю компанию к себе. Дома она обнаружила, что оставленный без присмотра Павел лежит при смерти. Спас его офицер Владислав — влил в рот лекарство и послал машину в районный центр за доктором.

Владислав (Владик) — офицер стоящей возле села войсковой части, ухаживает за Алькой.

Доктор сказал, что Павел больше не встанет на ноги, но через семнадцать дней больной сам вышел из избы. Две недели Пелагея ухаживала за мужем, а пекарню взяли на себя Анисья с Алькой.

Пелагея знала, что Владислав часто появлялся в пекарне, покупал хлеб для своей части. В конце концов, она сама наведалась в пекарню и застала дочь и офицера у печи — оба полураздетые, как на пляже.

Не понравилось Пелагее, как Алька с Анисьей вели хозяйство, но отчитывать дочь при кавалере не стала, посадила за стол, согрела самовар, поставила бутылочку «белого». Вскоре Владислав стал для Пелагеи просто Владиком, почти зятем.

Глядя на любовь Альки и Владика, женщина «помолодела и душой, и телом», будто сама была влюблена. Даже будучи невестой, Пелагея так не волновалась — Павел был робким парнем и сразу ей подчинился. Владик же — «вихрь, огонь», и непонятно, что у него на уме. На помощь он не скупился, солдат присылал, но о будущем не заговаривал.

Однажды Пелагея отправилась за малиной. Вернувшись, она узнала, что Алька, сказавшись беременной, укатила в город, а Павел от горя слёг.

Через три дня Павел умер. Алька на похороны не явилась, в селе шептались, что это дочь свела отца в могилу. Когда стали говорить речи у могилы, Пелагея поняла, что никогда не ценила мужа, ни во что не ставила его труд.

После похорон Пелагея стала жить не спеша, отдыхая. Всю осень она ходила по лесам за грибами-ягодами, хлопотала по хозяйству. Алька не писала, и Пелагея беспокоилась.

Глубокой осенью Пелагея заболела и сильно ослабла. Она сопротивлялась болезни, «целыми днями делала что-нибудь возле дома», а в погожие дни выходила посмотреть на пекарню и вспоминала свою жизнь.

Первенец Пелагеи умер после войны из-за того, что у неё от голода кончилось молоко. Она не могла допустить, чтобы и Алька умерла, поэтому и изменила мужу, а потом завоевала село своим хлебом — лёгким, душистым, сытным.

Люди к Пелагее почти не заходили — Анисью она прогнала сразу после похорон. На Октябрьские праздники Пелагея приготовила угощение и села у окна ждать гостей. Но люди обходили её дом, шли к Анисье. Лишь под вечер заявилась Маня-большая и сообщила, что сельсовет выслал Альке справку на паспорт, а затребовала эту справку войсковая часть.

У Пелагеи от души отлегло: выходит, Алька сейчас с Владиком. Маня-большая вызвалась съездить в город, разузнать подробности, если Пелагея снабдит её деньгами.

Вернувшись, Маня-большая сообщила, что Алька работает официанткой в ресторане. Больше ничего узнать не удалось — домой её Алька не пригласила и о ребёнке не обмолвилась. Пелагея, однако, немного успокоилась и решила проветрить хранящиеся в сундуках наряды - отрезы тканей, яркие шали, платки, которые копила всю жизнь.

Перед Новым годом в сельпо завезли плюшевые жакеты. Обрадованная Пелагея купила по жакету себе и Альке, а на обратном пути от дочери Петра Ивановича узнала, что такие жакеты уже не носят, и в городских магазинах они висят уже год.

Для Пелагеи это был удар. Глядя на все эти отрезы, ради которых тяжело работала, жарилась у печи, она поняла, что её жизнь прошла зря. Раньше мануфактура была ценным товаром, который всегда можно было обменять на продукты. Теперь же магазины полны одежды и тканей, и труд Пелагеи обесценился.

С этого дня Пелагея слегла и проболела всю зиму. Изредка от Альки приходили короткие, неласковые письма, и Пелагея до сих пор не знала, с Владиком она живёт или одна.

В середине января к Пелагее зашёл пьяный сын Петра Ивановича. Он бил себя кулаком в грудь и кричал, что его сердце разбито вдребезги. Пелагея поняла, что парень страдает из-за любви к Альке, о чём и написала дочери. Алька грубо ответила, что ей всё равно.

Но доконало Пелагею не грубое Алькино письмо, а визит в пекарню, на который она решилась ранней весной. Двор пекарни превратился в помойку, в сенях жил поросёнок, а само помещение стало похоже на грязный сарай. Да и сама повариха была грязной, с сальными, давно немытыми волосами.

Пелагея снова слегла.

Жить бы, шагать по оттаявшей земле босыми ногами да всей грудью вдыхать тёплый ветер из заречья. А она лежала, и дыхание у неё было тяжёлое, взахлёб, с присвистом.

Ухаживать за Пелагеей пришла Анисья. Больная с золовкой не разговаривала и еле терпела её цветущий вид, но и не выгоняла, поскольку Маня-большая уже начала прицениваться к её добру.

Однажды к Пелагее пришёл сам Пётр Иванович, постаревший, опустившийся, с волчьей тоской в глазах и под хмельком. Он сообщил, что Алька с Владиком уже не живёт, и признался, что его сын давно сохнет по ней, а потом слёзно начал молить Пелагею, чтобы та выдала дочь замуж за его сына — может тогда парень бросит пить.

Пелагею захлестнуло «тёмное, мстительное чувство». Она поняла, что ненавидит Петра Ивановича с тех пор, как он насчитал ей недостачу, из-за которой Пелагея чуть в проруби не утопилась. Сделано это было вовсе не для того, чтобы проучить молодую бухгалтершу, а ради хлеба, который Пелагея с тех пор давала ему даром.

Пелагея плохо помнила, как ушёл Пётр Иванович. Её душили жар и кашель, но и хорошо было до слёз, ведь теперь она непременно породниться с Петром Ивановичем. На миг Пелагея потеряла сознание, а потом с трудом сползла на прохладный деревянный пол. Там и нашла её утром Анисья мёртвой.

Алька на похороны не приехала — «она плавала буфетчицей на одном из видных пассажирских пароходов, ходивших по Северной Двине». Явившись неделю спустя, девица справила по родителям пышные поминки, распродала хозяйство, положила на могилы бумажные венки, заколотила дом и отправилась обратно на пароход — ей не хотелось терять такое весёлое и прибыльное место.