Матрёнин двор (Солженицын) — различия между версиями

Материал из Народного Брифли
Перейти к:навигация, поиск
(Знакомство с Матрёной, её тяжёлая жизнь)
(Знакомство с Матрёной, её тяжёлая жизнь)
(не показаны 2 промежуточные версии этого же участника)
Строка 11: Строка 11:
  
 
== Знакомство с Матрёной, её тяжёлая жизнь ==
 
== Знакомство с Матрёной, её тяжёлая жизнь ==
Летом 1956 года Игнатьич возвращался из пыльного, пустынного Казахстана в Россию.  
+
Летом 1956 года Игнатьич возвращался в среднюю полосу СССР из пыльной, пустынной казахской степи, где прожил на поселении десять лет.  
  
 
{{БлочныйПерсонаж
 
{{БлочныйПерсонаж
Строка 27: Строка 27:
 
{{БлочныйПерсонаж
 
{{БлочныйПерсонаж
 
| Имя = Матрёна Васильевна Григорьева
 
| Имя = Матрёна Васильевна Григорьева
| Описание = одинокая пожилая женщина, у которой Игнатьич снимает угол, добрая, отзывчивая, всегда готова помочь
+
| Описание = одинокая женщина лет шестидесяти с круглым, желтоватым от болезни лицом, у которой Игнатьич снимает угол, добрая, отзывчивая, всегда готова помочь
 
| Портрет =  
 
| Портрет =  
 
}}
 
}}
  
Матрёна, одинокая женщина лет шестидесяти, в тот момент болела — эта хворь налетала на неё неожиданно и укладывала в постель на несколько дней. Женщина предупредила, что готовить не умеет, но Игнатьич всё равно остался — это была та самая «кондовая Россия», которую он искал.
+
Матрёна в тот момент болела — эта хворь налетала на неё неожиданно и укладывала в постель на несколько дней. Женщина предупредила, что готовить не умеет, но Игнатьич всё равно остался — это была та самая «кондовая Россия», которую он искал.
  
 
Позже Игнатьич узнал, что денег Матрёна не получала многие годы — пенсии ей не платили, родные почти не помогали, а в колхозе она работала «за палочки трудодней в замусленной книжке учётчика».
 
Позже Игнатьич узнал, что денег Матрёна не получала многие годы — пенсии ей не платили, родные почти не помогали, а в колхозе она работала «за палочки трудодней в замусленной книжке учётчика».
Строка 51: Строка 51:
 
{{БлочныйПерсонаж
 
{{БлочныйПерсонаж
 
| Имя = Маша
 
| Имя = Маша
| Описание = близкая подруга Матрёны, дружат с детства
+
| Описание = близкая подруга Матрёны, дружат с детства, опекает подругу, ухаживает за ней во время приступов болезни
 
| Портрет =  
 
| Портрет =  
 
}}
 
}}
Строка 62: Строка 62:
  
 
== Прошлое Матрёны, её гибель ==
 
== Прошлое Матрёны, её гибель ==
О прошлом Матрёна своего жильца не расспрашивала — тот сам сообщил ей, что много лет провёл в тюрьме. Игнатьич тоже «не бередил её прошлого», даже не предполагая, что в жизни Матрёны было что-то значительное. Однажды к нему пришёл Фаддей Григорьев, высокий старик с лицом, заросшим чёрной бородой, — отец самого нерадивого ученика в школе.
+
О прошлом Матрёна своего жильца не расспрашивала — тот сам сообщил ей, что много лет провёл в тюрьме. Игнатьич тоже «не бередил её прошлого», даже не предполагая, что в жизни Матрёны было что-то значительное.  
 +
 
 +
Однажды к нему пришёл Фаддей Григорьев, отец самого нерадивого ученика в школе.
  
 
{{БлочныйПерсонаж
 
{{БлочныйПерсонаж
 
| Имя = Фаддей Григорьев
 
| Имя = Фаддей Григорьев
| Описание = брат Матрёниного мужа, суровый старик
+
| Описание = брат Матрёниного мужа, высокий, суровый старик с лицом, заросшим чёрной бородой
 
| Портрет =  
 
| Портрет =  
 
}}
 
}}
  
Борясь за высокий процент успеваемости, районные школы переводили из класса в класс даже самых отпетых двоечников, но Игнатьич не хотел ставить незаслуженные оценки.
+
Он просил поставить хорошую оцунку своему младшему сыну - самому злостному двоечнику в классе Игнатьича. Борясь за высокий процент успеваемости, районные школы переводили из класса в класс даже самых отпетых двоечников, но Игнатьич не хотел ставить незаслуженные оценки и отказал Фаддею.
  
 
Поздно вечером Матрёна призналась, что когда-то чуть не вышла за Фаддея замуж, но он не вернулся с Первой мировой войны. Прождав три года, Матрёна вышла замуж за его младшего брата Ефима и переехала в дом, где и прожила всю жизнь — раньше он принадлежал Григорьевым.
 
Поздно вечером Матрёна призналась, что когда-то чуть не вышла за Фаддея замуж, но он не вернулся с Первой мировой войны. Прождав три года, Матрёна вышла замуж за его младшего брата Ефима и переехала в дом, где и прожила всю жизнь — раньше он принадлежал Григорьевым.

Версия 11:36, 26 марта 2020

Матрёнин двор
Краткое содержание рассказа. 1963.
Микропересказ: Пожилая одинокая женщина, сохранившая доброе отношение к людям, несмотря на тяжёлую жизнь, отдаёт племяннице часть своего дома. Сани, на которых перевозят строение, застревают на железнодорожном переезде, и женщина погибает.

Названия глав — условные.

Знакомство с Матрёной, её тяжёлая жизнь

Летом 1956 года Игнатьич возвращался в среднюю полосу СССР из пыльной, пустынной казахской степи, где прожил на поселении десять лет.

Игнатьич — рассказчик, мужчина средних лет, бывший заключённый, школьный учитель математики, в персонаже угадывается сам Солженицын.

Игнатьичу хотелось поселиться в средней полосе, посреди прохладных лиственных лесов. За год до этого его не взяли бы даже чернорабочим, но теперь что-то начало меняться. Во Владимирском облоно он попросился на должность учителя математики «где-нибудь подальше от железной дороги» и его отправили в место со странным названием Торфопродукт.

Торфопродукт оказался железнодорожной станцией, с которой невозможно уехать — там никогда не было билетов. Посёлок стоял между торфяными низинами, по вечерам в клубе там орала радиола, а местные пьяницы пыряли друг друга ножиками. Игнатьич уже начал жалеть о тишине азиатской пустыни, когда на местном базарчике познакомился с женщиной и узнал от неё, что за посёлком есть целый ряд небольших деревенек.

Новая знакомая отвела Игнатьича в деревушку Тальново, где он поселился у Матрёны Васильевны Григорьевой, в большом доме из двух частей под одной крышей — тёплой избы и холодной горницы.

Матрёна Васильевна Григорьева — одинокая женщина лет шестидесяти с круглым, желтоватым от болезни лицом, у которой Игнатьич снимает угол, добрая, отзывчивая, всегда готова помочь.

Матрёна в тот момент болела — эта хворь налетала на неё неожиданно и укладывала в постель на несколько дней. Женщина предупредила, что готовить не умеет, но Игнатьич всё равно остался — это была та самая «кондовая Россия», которую он искал.

Позже Игнатьич узнал, что денег Матрёна не получала многие годы — пенсии ей не платили, родные почти не помогали, а в колхозе она работала «за палочки трудодней в замусленной книжке учётчика».

Вскоре Игнатьич свыкся с жизнью в Матрёниной избе, полной мышей и тараканов. Готовила она плохо — продуктов в Торфопродукт почти не привозили, и люди ели в основном картошку, сдобренную комбинированным жиром.

Я мирился с этим, потому что жизнь научила меня не в еде находить смысл повседневного существования.

Той осенью Матрёна добивалась пенсии. Обнаружилось «много несправедливостей» — женщина была больна, но инвалидом не считалась; всю жизнь проработала в колхозе, а не на заводе, поэтому пенсия ей полагалась только «за утерю кормильца». Мужа у Матрёны не было уже пятнадцать лет, и теперь добыть справки о его стаже было нелегко.

Всю осень Матрёна носила справки в собес за двадцать километров от дома, в сельсовет — за десять километров и в поселковый совет — в часе ходьбы. Остальное время она занималась хозяйством — копала картошку, добывала сено для единственной козы, воровала торф у треста, чтобы не замёрзнуть зимой.

Новый председатель урезал Матрёнин огород, оставив ей пятнадцать соток неплодородной песчаной земли, и за эти сотки заставлял её работать на колхоз бесплатно. Соседям Матрёна тоже в помощи не отказывала — любой мог позвать её помочь вспахать огород, впрягшись вшестером в соху.

Когда в Матрёнину жизнь «врывалась временами тяжёлая немочь», за ней ухаживала близкая подруга Маша.

Маша — близкая подруга Матрёны, дружат с детства, опекает подругу, ухаживает за ней во время приступов болезни.

Фельдшерицу вызвали только однажды. Она заставила Матрёну сдать анализы, посылала их в районную больницу, но дело заглохло.

Матрёна рассказывала Игнатьичу, какие тяжёлые мешки таскала в молодости, и как однажды остановила на ходу испуганного коня. Но бесстрашной Матрёна не была — она боялась пожара, молний и поездов.

К зиме жизнь Матрёны наладилась — ей стали платить пенсию, да и от жильца плата шла. Она справила себе валенки и пальто, в подкладку которого зашила двести рублей — себе на похороны.

Прошлое Матрёны, её гибель

О прошлом Матрёна своего жильца не расспрашивала — тот сам сообщил ей, что много лет провёл в тюрьме. Игнатьич тоже «не бередил её прошлого», даже не предполагая, что в жизни Матрёны было что-то значительное.

Однажды к нему пришёл Фаддей Григорьев, отец самого нерадивого ученика в школе.

Фаддей Григорьев — брат Матрёниного мужа, высокий, суровый старик с лицом, заросшим чёрной бородой.

Он просил поставить хорошую оцунку своему младшему сыну - самому злостному двоечнику в классе Игнатьича. Борясь за высокий процент успеваемости, районные школы переводили из класса в класс даже самых отпетых двоечников, но Игнатьич не хотел ставить незаслуженные оценки и отказал Фаддею.

Поздно вечером Матрёна призналась, что когда-то чуть не вышла за Фаддея замуж, но он не вернулся с Первой мировой войны. Прождав три года, Матрёна вышла замуж за его младшего брата Ефима и переехала в дом, где и прожила всю жизнь — раньше он принадлежал Григорьевым.

Ефим Григорьев — муж Матрёны, без вести пропал во время Великой Отечественной войны.

Летом сыграли свадьбу, а осенью Фаддей вернулся из венгерского плена.

Жениться на местной Фаддей не стал, разыскал в соседней деревне невесту с именем Матрёна, построил отдельную избу, наплодил детей. Сама Матрёна рожала шесть раз, и ни один ребёнок не выжил. Потом Ефим ушёл на Вторую мировую войну и пропал. Оставшись одна в огромной избе, Матрёна взяла на воспитание дочку Фаддея Киру и недавно выдала её замуж за молодого машиниста.

Кира — младшая дочь Фаддея, воспитанница Матрёны, добрая, заботливая.

Теперь только Кира помогала одинокой старухе.

Матрёна завещала Кире холодную горницу. Через несколько дней мужу Киры выделили участок земли. Чтобы удержать его, надо было срочно что-нибудь построить, но лес на торфяниках давно вырубили. К Матрёне зачастил Фаддей с просьбой отдать горницу, и та согласилась.

Февральским утром Фаддей с сыновьями мигом разобрали строение, но вывезти брёвна сразу не удалось — разыгралась метель, потом началась оттепель. Трактор с большим санным прицепом приехал только через две недели. Весь сруб на санях не уместился, и сыновья Фаддея на скорую руку сколотили ещё одни сани. Две ходки трактористу делать не хотелось, поэтому к трактору привязали оба прицепа.

Выехали поздно вечером, угостившись самогоном. Матрёна увязалась следом. Ночью к рассказчику пришли четверо в железнодорожных шинелях.

Неприятно это очень, когда ночью приходят к тебе громко и в шинелях.

Пришедшие начали расспрашивать, с этого ли двора уезжал трактор и пил ли тракторист перед отъездом. О пьянке Игнатьич умолчал, а после ухода незваных гостей бросился убирать остатки попойки. Железнодорожники ничего не объяснили, о беде рассказала прибежавшая вскоре Маша.

На переезде через рельсы самодельные сани застряли и начали разваливаться, Матрёна бросилась помогать мужикам. В это время со стороны станции шли два сцепленных паровоза с выключенными фарами, налетели на сани и раздавили суетившихся возле них людей, в том числе и Матрёну. Оба машиниста с трудом остановили скорый поезд, который в это время тоже шёл от станции.

Похороны Матрёны и память о ней

Отпевали и оплакивали Матрёну на следующий день. Хозяйством мигом завладели три её сестры, о которых раньше и слышно не было. Кирин муж, машинист, попал под суд, поскольку должен был предупредить о перевозке брёвен через пути, но не сделал этого.

В ту ночь в уральском скором тысяча жизней людей,… должна была оборваться. Из-за жадности нескольких людей: захватить участок земли или не делать второго рейса трактором.

Искорёженные рельсы на переезде ремонтировали три дня. Ремонтники грелись у костров, сложенных из остатков горницы, а первые, уцелевшие сани так и остались стоять у переезда и это терзало душу жадного Фаддея. Получив, наконец, разрешение, он свёз остатки горницы к себе во двор, а на следующий день похоронил сына и женщину, которую когда-то любил. Из Матрёниного наследства ненасытный старик вытребовал себе сарай, где жила коза, и забор, остальное разобрали сёстры. Искренне горевала по Матрёне только Кира.

Избу Матрёны заколотили, и Игнатьич переселился к одной из её родственниц. Та рассказала об умершей много нового. Муж Матрёну не любил и имел любовницу; хозяйкой она была плохой, нечистоплотной, за достатком не гналась и бесплатно помогала чужим людям.

Игнатьич слушал эти неодобрительные речи и вспоминал чудесную женщину, которая о людях думала больше, чем о вещах, и, брошенная мужем, похоронившая шестерых детей, сумела остаться открытой и общительной. Жившие радом с Матрёной так и не поняли, что она и есть «тот самый праведник, без которого, по пословице, не стоит село. Ни город. Ни вся земля наша».