Дядя Ермолай (Шукшин) — различия между версиями

Материал из Народный Брифли
Перейти к:навигация, поиск
 
(не показана 1 промежуточная версия этого же участника)
Строка 4: Строка 4:
 
| Жанр = рассказ
 
| Жанр = рассказ
 
| Год публикации = 1971
 
| Год публикации = 1971
| В двух словах = Рассказчик вспоминает, как в детстве он с другом обманул бригадира, и размышляет, жизнь какого из поколений была ближе к Истине.
+
| В двух словах = Мальчишки, отправленные ночью сторожить зерно, теряются во время грозы, а утром пытаются доказать бригадиру, что выполнили его поручение, хотя тот точно знает, что мальчишки врут.
 
}}
 
}}
  
Строка 12: Строка 12:
 
Рассказчик Василий вспоминает случай из детства.
 
Рассказчик Василий вспоминает случай из детства.
  
Была страда. Все жители села, в том числе и ребятишки, собрались на току, чтобы обмолотить собранное жито. В тот день разошлись рано, потому что собирался дождь. К вечеру началась настоящая буря. Бригадир дядя Ермолай сказал, что это «самая воровская ночь», и послал двух мальчишек, Гришку и Ваську, на ток, сторожить обмолоченное зерно.
+
Жители села, в том числе и ребятишки, работали на молотьбе хлеба. Их бригадиром был назначен дядя Ермолай. Собирался дождь, однако дядя Ермолай, желавший довести дело до конца и домолотить скирду, закончил работу очень неохотно.
  
Гроза тем временем разыгралась вовсю, из-за то и дело вспыхивающих молний и наступающей потом тьмы мальчишки заблудились и потеряли скирду, у которой работали днём. Гришка предложил заночевать в первой попавшейся скирде, а утром сказать бригадиру, что ночевали на току. Так мальчишки и сделали.
+
Пока ребята вместе с бригадиром добрались до бригадного дома, стемнело. «Самая воровская ночь» — сказал дядя Ермолай и отправил Ваську вместе с его другом Гришкой на ток — ночевать и следить за сохранностью зерна.
  
Утром они проспали и явились к бригадиру поздно. Тот сразу же стал допытываться, где они ночевали. Васька испугался, но Гришка твёрдо стоял на своём — ночевали на току, и точка.
+
В непогоду мальчишки заблудились и не смогли найти скирду, которую днём молотили. Гришка предложил заночевать, а утром сказать Ермолаю, что были на току. Васька согласился, и ребята устроились на ночлег в тёплой скирде.
  
Дядя Ермолай начал ругаться и кричать, что мальчишек на току не было. Оказывается, ночью бригадир пошёл вслед за мальчишками, чтобы проверить — дошли они или нет, и на току их не нашёл, хотя и пробыл там до рассвета.
+
Придя утром в бригадный дом, они начали уверять бригадира, что всю ночь провели на току. Дядя Ермолай разозлился. Оказывается, он сам направился следом за ребятами на ток, чтобы проследить, добрались ли они до места, и уехал только под утро. Разумеется, Гришку с Васькой он там не видел.
  
Друзей это не смутило. Они продолжали утверждать, что были на току, но заблудились и пришли туда позже. Дядя Ермолай схватился за узду, потом бросил её и пошёл прочь, ругаясь и вытирая глаза ладонью — бригадир был не очень здоров и плакал, когда сильно расстраивался.
+
Ребята решили стоять до конца и продолжили доказывать, что были на току, но пришли туда позже бригадира. Пытаясь добиться правды, Ермолай начал ругаться, схватил узду, чтобы высечь мальчишек, потом бросил её и пошёл прочь, ругаясь и вытирая глаза ладонью — бригадир был не очень здоров и плакал, когда сильно расстраивался.
  
{{цитата}}
+
{{цитата}}  
Обормоты, — говорил он на ходу. — Не были же, не были — и в глаза врут стоят. Штыбы бы вам околеть, не доживая веку! Штыбы бы вам… жоны злые попались!…
+
Обормоты, говорил он на ходу. Не были же, не были — и в глаза врут стоят. Штыбы бы вам околеть, не доживая веку! Штыбы бы вам… жоны злые попались!…
 
{{/цитата}}
 
{{/цитата}}
  
Днём дядя Ермолай снова подошёл к мальчишкам и попросил признаться, что их не было на току, обещал не наказывать и не снимать трудодни, даже показал, где именно он прятался ночью от грозы. Но мальчишки сказали, что прятались от дождя там же, но с другой стороны. Дядя Ермолай злился, ругался, плакал, но правды от мальчишек так и не добился.
+
Днём дядя Ермолай снова подошёл к мальчишкам и попросил признаться, что их не было на току, обещал не наказывать и не снимать трудодни, даже показал, где именно он прятался ночью от грозы. Но мальчишки сказали, что прятались от дождя там же, но с другой стороны. Дядя Ермолай злился, ругался, плакал, но правды от мальчишек так и не добился. Трудодни он с них всё же не снял…
  
 
Теперь, приходя на кладбище помянуть родных, рассказчик всегда подходит к могиле дяди Ермолая, вспоминает его, вечного труженика и доброго, честного человека. «Со всеми своими институтами и книжками» рассказчик не может понять, был ли в его жизни какой-то смысл.
 
Теперь, приходя на кладбище помянуть родных, рассказчик всегда подходит к могиле дяди Ермолая, вспоминает его, вечного труженика и доброго, честного человека. «Со всеми своими институтами и книжками» рассказчик не может понять, был ли в его жизни какой-то смысл.

Текущая версия на 12:32, 14 декабря 2018

Дядя Ермолай
Краткое содержание рассказа. 1971.
Микропересказ: Мальчишки, отправленные ночью сторожить зерно, теряются во время грозы, а утром пытаются доказать бригадиру, что выполнили его поручение, хотя тот точно знает, что мальчишки врут.

Повествование ведётся от первого лица.

Рассказчик Василий вспоминает случай из детства.

Жители села, в том числе и ребятишки, работали на молотьбе хлеба. Их бригадиром был назначен дядя Ермолай. Собирался дождь, однако дядя Ермолай, желавший довести дело до конца и домолотить скирду, закончил работу очень неохотно.

Пока ребята вместе с бригадиром добрались до бригадного дома, стемнело. «Самая воровская ночь» — сказал дядя Ермолай и отправил Ваську вместе с его другом Гришкой на ток — ночевать и следить за сохранностью зерна.

В непогоду мальчишки заблудились и не смогли найти скирду, которую днём молотили. Гришка предложил заночевать, а утром сказать Ермолаю, что были на току. Васька согласился, и ребята устроились на ночлег в тёплой скирде.

Придя утром в бригадный дом, они начали уверять бригадира, что всю ночь провели на току. Дядя Ермолай разозлился. Оказывается, он сам направился следом за ребятами на ток, чтобы проследить, добрались ли они до места, и уехал только под утро. Разумеется, Гришку с Васькой он там не видел.

Ребята решили стоять до конца и продолжили доказывать, что были на току, но пришли туда позже бригадира. Пытаясь добиться правды, Ермолай начал ругаться, схватил узду, чтобы высечь мальчишек, потом бросил её и пошёл прочь, ругаясь и вытирая глаза ладонью — бригадир был не очень здоров и плакал, когда сильно расстраивался.

Обормоты, — говорил он на ходу. — Не были же, не были — и в глаза врут стоят. Штыбы бы вам околеть, не доживая веку! Штыбы бы вам… жоны злые попались!…

Днём дядя Ермолай снова подошёл к мальчишкам и попросил признаться, что их не было на току, обещал не наказывать и не снимать трудодни, даже показал, где именно он прятался ночью от грозы. Но мальчишки сказали, что прятались от дождя там же, но с другой стороны. Дядя Ермолай злился, ругался, плакал, но правды от мальчишек так и не добился. Трудодни он с них всё же не снял…

Теперь, приходя на кладбище помянуть родных, рассказчик всегда подходит к могиле дяди Ермолая, вспоминает его, вечного труженика и доброго, честного человека. «Со всеми своими институтами и книжками» рассказчик не может понять, был ли в его жизни какой-то смысл.

Тогда люди «работали да детей рожали», сейчас же многие, да и сам рассказчик живут иначе и в другом видят смысл жизни. Глядя на могильные холмики рассказчик думает, кто прав, какое поколение ближе к Истине, и не понимает, в чём заключается эта Истина и перед кем ему нужно снять шляпу. И всё же рассказчик любит, уважает и жалеет «этих, под холмиками».