Сказки об Италии

Материал из Народный Брифли
Перейти к:навигация, поиск
Этот пересказ опубликован на Брифли.


Сказки об Италии
Краткое содержание книги. 1911-1913.
Микропересказ: В цикле раскрывается всё очарование и красота Италии, обычаи южан, повествуется о рабочем движении в начале ХХ века и необыкновенных жизненных историях.

Цикл состоит из 27 рассказов. Эпиграфом к циклу взята цитата Г. Х. Андерсена: «Нет сказок лучше тех, которые создает сама жизнь».

I[править]

«В Неаполе забастовали служащие трамвая», на всю улицу «вытянулась цепь пустых вагонов». Появляются солдаты и человек в цилиндре, угрожающий бастующим. Тогда протестующие ложатся на рельсы. Люди на улицах следуют их примеру и поддерживают их.

«Через полчаса по всему Неаполю с визгом и скрипом мчались вагоны трамвая, на площадках стояли, весело ухмыляясь, победители».

II[править]

«В Генуе, на маленькой площади перед вокзалом, собралась густая толпа народа — преобладают рабочие, но много солидно одетых, хорошо откормленных людей». Все ожидают прибытия голодных детей пармских бастующих. Хозяева не уступают, рабочим трудно, и они отправляют детей сюда. Ребятишек встречают гимном Гарибальди.

Дети сидят на плечах взрослых, их кормят на ходу, толпа ликует, прославляет Италию и социализм.

III[править]

«Город — празднично ярок и пёстр, … в его страстных криках, трепете и стонах богослужебно звучит пение жизни». Люди на тротуаре готовятся обедать. Старик с длинным носом видит, как из фьяски, которую несёт мальчик, капает вино, и кричит ему об этом. Старик наливает это вино, а кудрявая девочка бросает в чашу лепестки цветов. Дар ребенка — дар бога, говорит старик и благословляет девочку.

IV[править]

«Чёрный, как жук, рабочий» с медалью на груди рассказывает прохожему, как он, Паоло, и его отец пробивали чрево горы, чтобы соединить две страны. Отец умер, так и не закончив работы. Через тринадцать недель после его смерти люди с обеих сторон встретились. Паоло считает этот день лучшим в своей жизни. Возле могилы отца он говорит: «Люди — победили. Сделано, отец!».

V[править]

Молодой музыкант описывает музыку, которую хочет написать. Одинокий, маленький мальчик спокойно идёт к большому городу: «…над ним ещё не угасло кровавое пламя заката… там и тут, точно раны, сверкают стёкла; разрушенный, измученный город — место неутомимого боя за счастье — истекает кровью… А вслед мальчику бесшумно идёт ночь, закрывая чёрною мантией забвения даль, откуда он вышел». Что же встретит мальчика?

VI[править]

На камнях у дремлющего, туманного моря сидят два рыбака: старик и молодой «черноглазый смугляк». Юноша рассказывает о богатой молодой американке, которую катал до утра. Во время прогулки они молчали. Старик замечает: «Истинная любовь… бьёт в сердце, как молния, и нема, как молния». Юноша к утру желал только одного: получить её, хотя бы на одну ночь. «Так — проще» — замечает старик. «Маленькое счастье — всегда честнее», отвечает юноша.

VII[править]

Ha маленькой станции между Римом и Генуей в купе заходит одноглазый старик. Он рассказывает о своей жизни. У него тринадцать сыновей и четыре дочери. Глаз ему выбили камнем в детстве. В 19 лет он встретил свою любовь. Девушка, как и он, была очень бедна. Но они поженились, а добрые люди помогли им всем — от хлева, что стал для молодых домом, до статуи мадонны и посуды: «…нет лучше веселья, как творить добро людям, поверьте мне».

VIII[править]

Увидев седого человека лет тридцати, товарищ знакомит рассказчика с его историей.

Он — ярый социалист. На собраниях он заметил девушку, ревностную католичку, с которой они всё чаще вступали в идейную конфронтацию. Они пытались доказать друг другу свою правоту. Девушку трогали за душу его пламенные речи об освобождении человека, но она не могла отречься от бога. К ним пришла любовь. Но она отказывалась заключать брак в мэрии, а он — венчаться в церкви. Вскоре девушка заболела чахоткой. Перед смертью она признала умом правоту любимого, но «сердце не могло согласиться» с ним.

Недавно мужчина женился на своей ученице, и они вместе ходят на могилу умершей.

[править]

Тимур-ленг, прозванный неверными Тамерланом, пролил реки крови, мстя за смерть своего сына Джигангира. Пируя, хромой Тимур спрашивает своего придворного поэта Кермани, сколько б тот дал за него. Кермани называет цену пояса Тимура и говорит, что сам хан не стоит ни гроша.

Но вот к царю является Мать — женщина из итальянских земель. Она ищет своего сына, которого теперь у хана, и требует вернуть его. «Всё прекрасное в человеке — от лучей солнца и от молока Матери, — вот что насыщает нас любовью к жизни!» И Тимур приказывает разослать во все концы завоёванных им земель гонцов и найти сына женщины.

Х[править]

По узкой тропе идёт седая женщина. Она вдова, «муж её, рыбак, вскоре после свадьбы уехал ловить рыбу и не вернулся, оставив её с ребёнком под сердцем». Ребёнок родился уродом: «руки и ноги у него были короткие, как плавники рыбы, голова, раздутая в огромный шар …». Она работала, не покладая рук, чтобы прокормить его. А он только ел и мычал. Она была красива, многие мужчины искали её любви, но всех женщина отвергла, боясь вновь родить урода.

Однажды ребёнок отравился чем-то и умер. После этого она стала простою, как все.

ХI[править]

Город обложен тесным кольцом врагов. Люди изнурены трудом и голодом. Во тьме мелькает женщина, Марианна, мать изменника, который возглавляет теперь завоевателей. Её сердце подобно весам: оно взвешивает любовь к родному городу и сыну, но не может понять, что легче, что тяжелей. Какая-то женщина проклинает чрево Марианны, породившее изменника. Марианна выходит за пределы города и идёт в лагерь сына. Понимая, что не сможет убедить его сохранить город, где его помнит каждый камень, Марианна убивает заснувшего у неё на коленях сына, а потом пронзает ножом своё сердце.

ХII[править]

Когда Гвидо было шестнадцать лет, он вышел рыбачить в море с сорокалетним отцом. Ветер ударил их в четырёх километрах от берега. Отец почувствовал, что живым не вернётся, и передал все свои знания о море и рыбе сыну, пока они дрейфовали на бушующих волнах. Наконец их стремительно понесло к берегу, отец разбился о чёрные рёбра скал. Гвидо тоже был порядком измят, но остался жив. И теперь, прожив шестьдесят семь лет, Гвидо восхищается отцом, который, чувствуя приближение смерти, нашел силу и время передать ему всё, что считал важным.

ХIII[править]

Джузеппе Чиротта и Луиджи Мэта ссорятся. Джузеппе говорит, что узнал сладость ласк жены Луиджи. Жена Мэты не может доказать свою невиновность, Луиджи бросает её и уезжает. Добрые старухи берут женщину под свою опеку, и выводят лжеца Чиротту на чистую воду. Его судят за клевету и стыд, причинённый его собственной семье. Люди решают, что Джузеппе будет платить брошенной женщине половину своего заработка. Луиджи, узнав о невиновности жены, просит её вернуться к нему. А Джузеппе он угрожает смертью: «Живи, не сходя с острова, пока я не скажу тебе — можно!».

ХIV[править]

За графином вина Джиованни, большеголовый, широкоплечий парень, рассказывает Винченцо, костлявому маляру с улыбкой мечтателя, как он стал социалистом и предлагает приятелю сложить об этом стихи.

Роту Джиованни отправили в Болонью — там волновались крестьяне. К солдатам приходил доктор с очень красивой дворянкой. Она говорила с врачом по-французски — Джиованни знал этот язык. Блондинка осуждала социализм и не считала себя равной людям «дурной крови». Узнав, о чём она говорит, солдаты постепенно перешли на сторону крестьян. Из деревни провожали солдат с цветами. Крестьяне могли бы научить блондинку, как надо ценить честных людей.

«Да, это очень годится для поэмы!» — отвечает маляр.

ХV[править]

В саду отеля появляется высокая старуха: «темное строгое лицо, сурово нахмуренные брови». За нею – горбун с квадратным телом. Это — голландцы, брат и сестра. Сестра старше брата на четыре года. Она с детства проводила с ним много времени. Тогда же горбун начал интересоваться строительством домов.

Когда горбуну минуло 13 лет, вся его комната была завалена чертежами и инструментами, которые сыпались на сестру, когда та входила. Однажды сестра сказала: «Ты нарочно делаешь это, урод!» — и ударила его по щеке. В следующий раз горбун проучил её, и она стала реже заходить к нему. «Ей было девятнадцать лет, и она уже имела жениха, когда отец и мать погибли в море».

После обручения жених строил дом. Как-то он уговорил горбуна пойти посмотреть его. Они упали с верхнего яруса лесов. Брат «только вывихнул ногу и руку, разбил лицо, а жених переломил позвоночник и распорол бок».

В день своего совершеннолетия горбун объявил, что построит за городом дом для всех городских уродов, тогда, возможно, он станет счастливым человеком. Но сестра отдала это здание под психиатрическую лечебницу, а первым пациентом стал её брат. Семи лет было достаточно, чтобы превратиться в идиота. Увидев, «что враг её убит и не воскреснет», сестра взяла брата на своё попечение.

ХVI[править]

Утром на палубе появляются толстяк, человек в серых бакенбардах, рыжий мужчина с брюшком и две дамы: молодая, полная, и постарше, остроносая. Они обсуждают Италию: здесь много свинства, отвратительный кофе, и «все ужасно похожи на жидов». На палубе появляется человек, «в шапке седых кудрявых волос, с большим носом, весёлыми глазами». На его поклон отвечает только толстяк. Разговаривая с лакеем, это человек хвалит русских. Толстяк переводит его слова своим согражданам. Рыжий замечает: «Все они изумительно невежественны в отношении к нам…». «Тебя — хвалят, а ты находишь, что это по невежеству…» — отвечает ему толстяк.

Бакенбардист делится с соотечественниками идеей: крестьянам надо выставлять водку за счёт казны — мол, напьются и сами друг друга перебьют.

ХVII[править]

За столиком в кафе сидит пятидесятилетний «полинявший» мужчина. Рядом садится широкогрудый человек с агатовыми глазами, Трама, и приветствует «господина инженера». Из разговора ясно, что Трама — социалист, организатор бунтов. Он отмечает, что теперь люди пользуются достижениями знаменитых предков. Старший мужчина, прощаясь, советует Траме учиться: «Из вас выработался бы инженер с доброй фантазией».

ХVIII[править]

Если человек не находит куска хлеба на родной земле, он уезжает на юг Америки. Женщина, как родина, влечёт к себе, поэтому многие перед отъездом женятся. В деревне Сарачена живёт красавица Эмилия Бракко. Деревенские парни мечтают о ней, но она хранит свою честь замужней женщины. Старуха-свекровь оскорбляет невестку подозрениями, и однажды Эмилия убивает старуху топором в лесу: «Лучше быть убийцей, чем слыть за бесстыдную, когда честна». Эмилии дают четыре года тюрьмы.

Её односельчанину Донато Гварначья его мать пишет о связи невестки и отца. Донато возвращается на родину, и, выяснив, что это правда, убивает и отца, и жену. На суде Донато оправдывают.

Выходит на свободу Эмилия. Между нею и Донато вспыхивает искра, и они идут по пути преступной страсти, руша идеалы, во имя которых пролили кровь. Они думают о побеге за океан.

Узнав об этом, мать Эмилии в церкви ударяет молящегося Донато по голове буквой V, что значит вендетта. Он остаётся жив, и мать ужасается: «чему может научить удар того человека, который сам себя считает вправе наносить удары и раны?».

ХIХ[править]

Ещё мальчишкой Джиованни Туба влекло синее око моря. Он ходил по выходным ловить рыбу и сквозь жидкое стекло воды видел «удивительный мир, лучший, чем все сказки».

Когда ему минует восемьдесят, он приходит жить к своему брату. Дети и внуки брата слишком голодны и бедны, чтобы быть добрыми. Старику тяжело среди людей, и в один вечер он идёт к морю, молится, снимает свои лохмотья и входит в воду.

ХХ[править]

Древний старец Этторе Чекко получает фотографию своих сыновей — Артуро и Энрико. Они арестованы за организацию забастовки рабочих. Чекко неграмотен, а фотография подписана по-английски. Жена знакомого художника, владеющая английским, говорит старику: они в тюрьме, потому что социалисты. Старик идёт к русскому синьору, слывущему честным и добрым человеком, и тот говорит, что Чекко счастливый отец: «они в тюрьме за то, что выросли честными ребятами».

ХХІ[править]

В ночь рождения Младенца все люди радуется. Дети бегают на площади, разбрасывая шутихи. По окончанию мессы из церкви «пёстрой лавою течёт толпа» людей. Ясли Младенца несут в старую церковь. Дети разглядывают фигурки: что добавилось с прошлого года? Они поют языческие песенки и песни с библейским сюжетом. «В старом храме всё живее звенит детский смех — лучшая музыка земли». Люди празднуют до рассвета.

ХХІІ[править]

Нунча - торговка овощами, лучшая танцорка и первая красавица. Иностранцы предлагали ей деньги, но она не хотела знаться с чужими мужчинами. Нунча никогда не шла против своих желаний: «стоит только один раз сделать что-нибудь нехотя, и уже навсегда потеряешь уважение к себе».

Приходит день, когда дочь Нунчи, Нина, тоже становится красавицей, но ведёт себя скромно. «Как мать — она гордилась красотой дочери, как женщина — Нунча не могла не завидовать юности». Наконец Нина заявляет матери, что пришёл и её черед. Вернувшийся из Австралии Энрико нравится Нине, а Нунча играет с ним, и это мешает дочери. Нунча отступается от мужчины.

Однажды Нина говорит танцующей матери при всех: «…это не по годам тебе, пора щадить сердце».

Нунча предлагает дочери пробежать три раза до фонтана, не отдыхая, и с лёгкостью побеждает Нину. Уже за полночь, а Нунча всё танцует. Перед последним танцем она вскрикивает и падает замертво.

ХХІІІ[править]

На берегу моря сидят старик рыбак и молодой солдат, его племянник. Рыбак рассказывает историю семьи Гальярди, теперь они носят прозвище деда — Сенцамане (Безрукий). Средний сын, Карлоне, собирался жениться на умной девушке Джулии. Но грек-охотник тоже был влюблён в девушку. Не добившись взаимности, он решил обманом заполучить её и представил всё так, будто бы опорочил Джулию. Карлоне поверил и ударил девушку по лицу. Позднее, узнав правду, он убил грека и отрубил себе кисть руки. Потом Карлоне женился на Джулии, и жили они до старости.

Племянник рыбака считает Карлоне глупым дикарём. Старик отвечает: «Твоя жизнь через сто лет тоже покажется глупостью… Если только кто-нибудь вспомнит, что ты жил на земле…».

ХХІV[править]

Мать и сестра провожают сына и брата в Рим. Юноша — социалист. Он уходит из своего города из-за стачки. Его соратник Паоло обещает беречь мать и сестру изгнанника и продолжать их дело в городе. Он не пропадёт, уверяет Паоло. «У него — хороший ум, крепкое сердце, он сам умеет любить и легко заставляет других любить его. А любовь к людям — это ведь и есть те крылья, на которых человек поднимается выше всего…»

ХХV[править]

На острове под скалою обедают крепкие мужики в лохмотьях. Горбоносый седой человек средних лет рассказывает историю своей юности.

Андреа Грассо пришёл к ним в деревню нищим, но через несколько лет стал богатым человеком. Он нанимал бедняков и жестоко обращался с ними. Однажды между Грассо и рассказчиком произошла стычка. Он просил этого злого и жадного человека уйти, Грассо ткнул его ножом, а парень ударил обидчика ногой, «как бьют свиней». Рассказчика дважды несправедливо сажали в тюрьму за стычки с Грассо. В третий раз рассказчик пришёл в церковь. При виде врага Грассо разбил паралич. Через семь недель он умер. «А люди создали про меня какую-то сказку» — заканчивает свой рассказ мужчина.

ХХVI[править]

Десятилетнему Пепе какая-то синьора поручает отнести её подруге корзину яблок и обещает сольдо. Пепе возвращается к ней только вечером. Когда он шёл через площадь, мальчишки стали задирать его, и Пепе атаковал их прекрасными плодами из сада уважаемой синьоры.

Сестра мальчугана, «много старше, но не умнее его», устраивается прислугой в дом богатого американца. Узнав, что у хозяина много брюк, Пепе просит сестру принести ему одни. Застав их с разрезанными брюками, американец хочет вызвать полицию. Но Пепе ему отвечает: «…я бы не сделал так, будь у меня много брюк, а у вас ни одной пары! Я бы дал вам две, пожалуй — три пары даже…» Американец хохочет, угощает Пепе шоколадом и даёт ему франк.

ХХVII[править]

В ночь страстной субботы разыгрывается мистерия о последних страданиях Христа. На площади в свете факелов появляются две фигуры: Иисус и его любимый ученик Иоанн. К ним подходит женщина, сбрасывает капюшон: это светозарная мадонна. Люди славят её.

Христос — столяр из улицы Пизакане, Иоанн — часовщик, а мадонна — золотошвейка, но старухи молятся и благодарят мадонну за всё.

Светает. Люди расходятся по церквям. «И все мы воскреснем из мёртвых, смертию смерть поправ».